Атомные танкисты. Ядерная война СССР против НАТО

Как выяснилось, правительство ФРГ санкции на размещение подобного оружия на своей территории вообще не давало и не обсуждало этот вопрос, командование бундесвера на все, что было связано с ядерным оружием, всегда реагировало крайне нервно, а если американцы и вели какие-то земляные и прочие работы, то это носило явно экспериментальный характер.

И вот сейчас, похоже, начиналось то, ради чего они тут, собственно, и торчали все это время.

– Когда и каким образом поступили ценные указания? – спросила Ольга-Урсула.

– Обычным порядком. Ко мне на работу зашел связной.

– Кто именно?

– Манфред.

– Н-да, тогда это действительно серьезно. Продолжай.

– После этого мне пришлось быстро уйти с работы и взять несколько дней отпуска за свой счет по семейным обстоятельствам. Я сразу же тебе в офис позвонил. Но там сказали, что тебя нет на месте.

– Все правильно. Я сегодня в аэропорту была, решала проблемы с дополнительными рейсами в период летних отпусков… Так когда все ожидается?

– Судя по всему, в ближайшие дни или даже часы.

– Вот даже как… Выходит, что – война?

– Все может быть.

– Что ты успел сделать?

– Ты не бойся, я уже обзвонил и свою и твою группу.

– Хорошо. Раз так – когда я со своими встречаюсь?

– Через три часа в кафешке у автостоянки на Гроноштрассе. Мы еще вполне успеем поужинать.

– Что сообщили по задачам?

– Манфред передал пакет. Чуть толще обычного. Вот задачи твоей группы. Интересно, что мосты и взлетные полосы предписывается беречь, а спецсредства, судя по всему, применять не собираются.

И он протянул напарнице пару листков.

Женщина с интересом их просмотрела и усмехнулась:

– Понятно. Все знакомо. Но если основная установка именно такая, значит, наши собираются наступать. Вооружаемся, надо полагать, по плану, из наших тайников?

– Да, а дальше, если все начнется всерьез, будем пользоваться арсеналами «коллег» и трофеями. Поскольку однозначно предписано оставаться в тылу противника как можно дольше. Ну а остальное тебе и так известно.

– Известно. Берем всех своих?

– Да, всех.

Вопрос был не праздный, поскольку русскими здесь были только они двое. Остальной личный состав их групп составляли местные ультралевые (как правило, лица с практически анархистскими убеждениями или адепты почти святого, по их понятиям, Че Гевары) либо эмигранты с Ближнего Востока (в основном палестинцы), большая часть из которых давным-давно была или завербована разведкой ГДР, или сотрудничала с ней.