Первый рассвет

Конечно, враг был настолько силен, что я чуть не сломал руки, пытаясь удержать меч в нужном положении, но риск того стоил – выпад чудовища ушел в пустоту, а мне удалось подняться на ноги и, описав клинком полную окружность, косо рубануть его под колени.

Меч с глухим чавканьем впился в мясистую ногу монстра, из-за чего тот яростно заревел в ответ, но перерубить толстую кость мне было не под силу. Дернув эфес на себя, я смог оставить на икре чудовища глубокую царапину, из которой тут же полилась темно-красная жижа.

Чудовище тряхнуло головой, словно приходя в себя, а затем вновь атаковало меня справа, не дав ни секунды передышки. Я встретил его ответным ударом, вложив в него все силы. К счастью, мне удалось остановить клинок врага в опасной близости от своей шеи. Оказавшись друг против друга со скрещенными мечами, я первым сообразил толкнуть оружие вперед и вверх, целясь противнику в горло.

Краснокожий умудрился дернуться назад и в сторону, увернувшись от выпада. Клинок лишь оцарапал кожу, но я и не рассчитывал так быстро закончить схватку.

Подрезав зверя, я тут же прокрутился по часовой стрелке и обрушил меч сверху, словно хотел придавить его тяжелой могильной плитой.

Неожиданно для себя я натолкнулся на толстую полоску стали. Каким-то непостижимым образом чудовище смогло приготовиться к удару и умело парировало выпад, заставив меня пробежать несколько шагов вслед за оружием. На моем плече вспыхнул острой болью мощный удар, из-за которого наплечник подломился вовнутрь, сминая и царапая кожу.

Неприятно, но не критично – я еще мог биться.

Выставив меч острием в сторону ухмыляющегося чудовища, я заблокировал очередной выпад, как вдруг первый монстр кинулся на помощь своему собрату. Я понимал, что не успею вернуть тяжелый полуторник в исходное положение для защиты. Все, что мне оставалось – заученным движением дернуть левой рукой топорик из перевязи и от души махнуть им в сторону нападающего.

Дуга стали на полной скорости вонзилась прямо в морду чудовища.

Кровь хлынула во все стороны, как сок из спелого граната, но враг и не подумал останавливаться. Невзирая на выросший из его носа топор, он все равно ударил меня острыми когтями, один из которых глубоко вонзился в сочленение между грудной пластиной и наплечником. Жгучая резь пробежала по телу, как разряд молнии, достигнув самых отдаленных его кончиков.

Скрипнув зубами, я вырвал топорик и опустил его вновь, уже вертикально.