Живые

– Тут ты права – ухмыльнувшись продолжил. – Ты пушку опусти, да и в дом пройдём, чаем напоим

– Надо будет и пущу, машина ваша? За забором которая, большая такая.

– А что? – стиснул я зубы. – Наша.

– На ходу? – продолжала девушка с любопытным напором

– Ты опустишь пушку наконец, мы войдем, и поговорим. – Андрей уже начал выходить из себя.

– Хорошо, пойдемте. Но медленно и без глупостей, потянитесь за оружием, я спущу курок не думая.

Я открыл нам калитку, и мы медленно зашли, она села на крыльцо, мы стояли в метрах трех от неё.

– Хороший агрегат – указала она на машину.

– Да, очень хороший, и очень дорог мне – Продолжил я.

– Хм, ребята вы вроде бы не плохие, но глаза я с вас не спущу. Выкладывайте что к чему, кто вы такие, что это за дом?

– А не много ли вопросов для боевой девчонки? – Сказал Андрей.

– Не беси меня, я никуда не тороплюсь, слушаю.

Решил начать я. – Как мы уже сказали, меня Дима зовут, а это Андрей, мой хороший друг, и верный товарищ, находишься на земле Андрея, вернее, земле его родителей, дача так сказать, но мы уже тут практически две недели, обосновались.

– А машину то откуда?

– Да что тебе это машина далась, из города нужно было как то выезжать, а мы смотрим, стоит себе без дела.

– Вы случаем не мародеры? – прищурившись, спросила она.

– Да ты брось, нет конечно, взяли на время, покататься на долгое время.

В этот момент, из машины донесся какой- то шум. Девушка схватила пистолет и направила в нашу сторону.

– Вы два говнюка сказали вас двое!

– Да двое нас – Сказал Андрей как отрезал.

– Кто в машине? – Пару раз спросила девушка.

– Опусти пистолет, и без глупостей, нас двое, ты сама видела, машина закрыта. – Снова, какой-то шум что-то вроде передатчика. – Точно, Андрей, это рация. – Вскрикнул я.

– Позволишь? – спросил Андрей.

– Хорошо, – пушкой она махнула в сторону двери.

Андрей кивнул мне, я медленно открыл дверь автозака, это действительно шипела рация, какие то помехи.

– «ПШШШШШ» приём, кто-нибудь слышит, прием.

Я поглядел на девушку удивленными глазами, и на Андрей, я она понимала что я был удивлен, и кивнула мне, указав взглядом на рацию.

– «ПШШ» приём, кто-нибудь слышит, прием.

– Прием, слышим, прием. – Голос по рации был до боли знакомый.

– Ребята? Дима? Андрей? это Вы?

– Александр Федорович, твою же матушку… Закричал я во все горло. Никогда не был рад слышать так кого то. – Живой.

– Я это, я. Хоронить рано меня.