Красный тайфун

Ну, получай, фашист, торпеду! Услышал что-то, в последний момент начал отворачивать, – но поздно уже. Обе попали – одна сразу в борт врезалась, вторая кильватер захватила. Для средней лодки – а это, похоже, тип Ро, на девятьсот тонн, по справочнику – смертельно, без вариантов!

Теперь с большой сволочью, «Ямато», разберемся. Если еще не затонул – торпед не пожалеем. И приступим к выполнению второй поставленной задачи!

Капитан-лейтенант Симидзу Иширо, командир подлодки Ро-50

23 июня в три часа дня я получил приказ, следовать к эскадре адмирала Морисита.

Приказ вверг меня в уныние. Если сильная эскадра Императорского Флота, вблизи от берегов Японии, подвергается настолько большой опасности, что ее состояние и координаты точно неизвестны. Но надо было выполнять – и Ро-50 направилась в предписанный район, восточнее Вонсана. По пути следования дважды пришлось погружаться от русских самолетов. Наконец, уже на закате солнца был обнаружен линкор «Ямато» в сильно поврежденном состоянии, других кораблей рядом не было.

Мне приходилось прежде видеть «Ямато». И больно было смотреть, во что превратился грозный и красивый линкор, принявший десяток прямых попаданий тяжелых авиабомб и несколько торпед. Причем торпедная атака была незадолго до нашего появления, чем и объясняется «салют» при встрече, нас приняли за русскую подлодку.

Я запросил разрешения встать борт к борту, отсутствие волнения это позволяло. В то же время были все основания считать, что русская лодка после атаки поспешила уйти из этого района, это азбука тактики подводников, и подтверждением мог служить факт, что «Ямато» не был добит. А приказ должен быть выполнен – поднявшись на борт, я лично сказал о том адмиралу Морисита.

Изменилось бы что-нибудь, если бы, в строгом соответствии с приказом, адмирал со своими офицерами тотчас же сошел бы на мою лодку, и мы немедленно отправились бы домой? Думаю, что нет, – ведь как оказалось, русский подводный убийца ждал лишь удобного случая, чтобы нанести удар! Но я хочу рассказать о том, чему был свидетелем.

Адмирал категорически отказался спасаться один. Сначала он спросил меня, сколько человек я могу взять на борт.