Целую, Кощей

Она будет действовать с нами, а точнее – параллельно нам. Сейчас коротко о событиях в Лукошкино. Как вы знаете, Олёна, самостоятельно подготовив сложную операцию, прикончила-таки, – тут я подмигнул незаметно Михалычу, – участкового Ивашова, нашего давнего врага. Расскажи нам, красна девица, как это ты всё провернула?

Олёна после обещаний Кощея пришла в себя и была довольно оживлена и вот сейчас, радостно улыбнувшись, она сказала:

– А я накачала яблочко ядом, что мне дедушка Михалыч сделал, и подсунула участковому на окошко в спаленку, он, дурачок и съел его.

Тишка да Гришка залезли внутрь Дизеля и посматривали на нас сквозь его ребра, будто из темницы. Маша поморщилась. А дед вздохнул:

– А как же ты, девка, в терем-то бабкин пробралась?

– Ой, да это совсем легко было! – засмеялась Олёна. – Я наняла бесов, они всё и сделали. У меня и шапка-невидимка есть, но она даже и не понадобилась.

– Бесы? – удивился Аристофан. – Мои, что ли, в натуре?

– Ну что ты, рогатенький! Пришлые какие-то, работали в Лукошкино, лохов стригли, вот я на них и вышла.

– А сколько их? – поинтересовался я. – И где же они там работали?

– Трое, батюшка. Нашли они колбасника одного, который свиней держал, а в соседях у него квасник, что квас делает. Так бесы-то ночью забор между ними валили и кваснику весь хрен, который он для кваса растил, копытами своими вытаптывали мол, свиньи соседские забор проломили. А днём подряжались к этому кваснику этот же забор и чинить.

Ну да, на бесов это было очень похоже.

– Бесы же ловкие, юркие, – продолжала Олёна, – где угодно проскользнут незамеченными, вот и подложили участковому яблоко отравленное.

– Понятно.

А она вдруг залилась звонким смехом:

– Теперь, поди, в Лукошкино поспокойней будет без милиции-то!

– Ладно. А с мечом что там?

– А про меч, батюшка, я случайно узнала. Мол, хранится такой в подвалах царских, ну и послала бесов своровать его. Только не смогли они дверь открыть, больно крепкая, да замок мудрёный.

– Ясно. И последнее – что там с сестрой Гороховой?

– Молодая дурочка. Всё детство в монастыре провела, теперь к Гороху заявилась, замуж хочет. Начиталась книжек и подавай ей теперь принца на белом коне. Вредная, капризная, крутить ей можно, думаю, как угодно.