Симфония дня и ночи

Только вот имени ее я не запомнил. Помню только первую букву «К».

– Привет, – осторожно подходя ко мне, протянула она, – как жизнь?

Я не удивился столь нежданной собеседнице и, не теряясь в словах, ответил:

– Привет. Да вот, не жалуюсь. – Выждав небольшую паузу, я решил поддержать разговор, – а мы знакомы?

– Вроде, нет, – приятным голосом и улыбкой ответила она.

После этого мы с ней о чем-то заговорились. В том же промежутке она назвала свое имя, которое я не запомнил. Помню только, что она докучала мне о вреде алкоголя.

Но потом подошел Роб и напомнил о Бернарде. Я так разозлился, что кровь во мне начала закипать. И, в конце концов, из чувства горячи мы заказали бутылку виски, которая той ночью сразила нас наповал. После этого я ничего не помнил.

Глава 6

Ложь в десятки раз сильнее правды. Ведь иногда можно завраться так, что начинаешь верить сам.

Повеяло прохладой в области поясницы. Наш герой моментально открыл глаза и увидел яркий свет, который солнцем давил на зрение.

Продолжая противостоять свету, он услышал чей-то женский голос:

– Ты в порядке? – Она произнесла так, будто знает его.

– Да, – бревном замерев на месте, кратко ответил Билли.

– Ты уверен? Быть может, выключить свет?

Ее голос стал казаться знакомым.

– Что, свет? – Будто не расслышал, переспросил парень. – Выключи. Я уж подумал, что в раю.

Девушка зашагала в отдаление и произнесла:

– Рай? Ты ошибаешься – ты в Элгаэ.

Оказалось, что сон продолжился уже в третью ночь. В этот раз Билли лежал в госпитале, куда попал прямиком из разоренного войной лагеря. Ранение в скором времени прошло, и в этот день парня собирались выписывать.

– Ты в госпитале, – продолжила она, отходя куда-то нерасторопными шагами. – Тебя доставил один из торговцев, который бродил к северо-западу отсюда. Он скрывал свою маску, но сказал, что ты здорово сражался.

Как бы странно это ни звучало для нашего героя, он понимал, что это все неправда. В той битве он даже оружия в руках не держал. И признаться, у него даже были мысли сбежать оттуда. А тут какая-то особа заявляет, что он смело сражался. Голос ее был пронизан искренностью и этим Билли решил воспользоваться.

– Да-да. Я помню это. Сильно мне тогда досталось. Я порезал семерых.