Сын Гора

Чуть далее оставшиеся у колесниц фракийцы сумели убить эссидариев и отогнать львов, которые улеглись у ворот и молча взирали на неожиданный триумф кучки людей.

– Великолепная битва! – Цезарь стоя хлопал в ладоши, не скрывая своего удовольствия исходом боя. – Идем на арену! – произнес он, увлекая Семена за собой.

– Зачем это? – спросил Семен у уже устремившегося вниз по лестнице диктатора.

Цезарь остановился и крикнул:

– Такова традиция. Мы должны наградить победителей.

Семен тяжело вздохнул и направился вслед за ним.

Легионеры уже очистили арену ото львов, и Цезарь мог беспрепятственно выйти на нее.

Цезарь вышел на арену под несмолкаемые овации народа. Это было ожидаемо для диктатора. Ведь именно он, Цезарь, дарил народу Рима такие представления, пусть даже и в ущерб для своего кармана.

Диктатор подошел к оставшимся в живых фракийцам.

– Ваша победа была по праву заслужена. Овации победителям! – Цезарь поднял руки вверх. Трибуны вновь взревели от аплодисментов. – Распорядитель и ланиста наградят вас согласно вашей храбрости.

Где тот фракиец, что в одиночку сражался со львом? – спросил Цезарь.

Из толпы вытолкнули молодого фракийца, который склонил колено и пригнул голову перед властелином мира.

– Принесите мне «Рудис»! – крикнул Цезарь стоявшим чуть позади легионерам.

– Что это? – спросил Семен.

– Это деревянный меч, символ свободы.

Цезарь коснулся кончиком меча плеча фракийца.

– Теперь ты свободный гражданин. Дарую тебе этот меч в качестве доказательства.

Как тебя зовут? – спросил Цезарь у молодого фракийца, все еще стоявшего преклонив колено и не верящего свалившемуся на него счастью.

– Спартатикус, – тихо ответил фракиец.

– Это имя мне что-то напоминает… – Цезарь задумался. – Не могу только вспомнить.

– Я сын раба и гладиатора Спартака! – гордо ответил фракиец.

– Клянусь всеми римскими Богами! – воскликнул Цезарь. – Я и представить такого не мог. Я бы приказал распять тебя из-за твоего отца и горя, что он причинил Риму.

Но я не нарушаю традиций и обычаев этого города. Ты победитель и теперь свободный человек, иди и не вступай на дорогу, которой шел твой отец. Она ошибочна. Этот город вечен.

– Цезарь, – Семен тронул диктатора за плечо, – в этом юном фракийце есть потенциал, держи его при себе. Возьми на службу.

– Хорошо, я подумаю, – пообещал Цезарь. – А теперь идем на трибуну, – произнес он, – сейчас уберут трупы убитых и будут состязания колесниц.