Выскочки

Поэтому, решив сэкономить время, парни просто сели на сумки и быстро скатились вниз.

Завидев двух молодых парней, облаченных, однако, в дорогую походную одежду, какую не на каждом серокожем увидишь, с внушительным оружием, многие в процессии уважительно закивали головами. Увидев такую реакцию, парни немного расслабились, убедившись в правильности своего решения избавиться от своих лохмотьев. Даже разорванная могучими когтями байла форма морогов, выглядела лучше и представительней.

– Подмастерья охотников? – спросил один из людей в толпе, полный мужчина средних лет в сером шерстяном балахоне.

Ребята, переглянувшись, кинули.

– Значит, вас сразу возьмут, – вздохнул мужчина. – Я то, к примеру, подмастерья рыболова, куда уж мне.

Из разношерстной толпы, где наблюдались люди разного возраста, и убранства, донеслись нестройные голоса, сетующие на то же самое, только упоминались другие, вполне мирные, профессии.

– Возьмут куда? – сказал, Витольд.

– Да ладно, не прикидывайтесь, – сказал рыбак, заговоривший самым первым.

Ребята, вновь переглянулись, но промолчали, потихоньку примкнув к людскому потоку. Из толпы, помимо любопытных и восхищенных взглядов, ребята почувствовали и явно враждебные. Группа из четверых мужчин, идущих впереди, очень недобро косилась на молодых парней щегольском наряде. Один из них, высокий широкоплечий с седой бородой, был явным лидером. Кивнув своим товарищам, явно моложе его, они начали медленно смещаться в хвост процессии, туда, где последними шли Витольд с Сурэем.

– Эй вы, сосунки! – пророкотал бас бородача, он приближался. По бокам появились его дружки, явно намереваясь окружить их.

– Это ты нам? – с вызовом сказал Сурэй.

– Здесь нет других щеголей! – сказал здоровяк. – Я вот подумал, может вы беглые воры, и стащили эти шмотки у своих хозяев?! Негоже ряженым соплякам отнимать хлеб у старших. Лучше отдайте свои игрушки нам, вы ведь, и пользоваться ими не умете, так?

Процессия замерла, все внимательно смотрели на готовящуюся разразиться заварушку. Судя по взглядам многих людей, думали они точно также, как и решившая действовать четверка.