Цирк проклятий

И этого точно не достаточно, чтобы смотреть на него дольше обычного, но детектив не убирал взгляд, будто узнал в нём кого-то.

Нет, этот мужчина точно не знаком, а всё равно приковал взгляд. Что-то в нём не так. Чем-то он выделяется среди прочих людей, хотя на нём обычный чёрный пиджак и банальная мужская причёска. Наблюдательность опытного детектива обратило внимание, что к этому человеку не подходит ни один из официантов, он просто сидит, не подавая никаких движений. «Возможно, он уже сделал свой заказ и ждёт его», – подумал Константин и тут же удивился, что уделяет незнакомцу такое внимание.

Через мгновение он уже открывает ключом входную дверь своей квартиры. Входит. Снимает ботинки и куртку. Медленно проходит в спальную комнату и замечает свёрток бумаги на столике.

Тут же на него нахлынул страх, который быстро превращается в панику. Детектив услышал, как забилось его сердце, и почувствовал повышение температуры своего тела. «Нет, это не она! Она не может быть здесь!», – твердил он себе. Константин даже подумал проигнорировать и не подходить к столику, но так можно стать параноиком и попасть в психушку, поэтому лучше посмотреть и убедиться в том, что это обычный лист бумаги.

Он оторвал ноги от пола и шаг за шагом подошёл к листку. Берёт его в руки, разворачивает, читает: «Частному детективу, Константину Мохову». Прежние слова, прежний подчерк. Этого не может быть! Записка вновь оказалась у него в комнате. Но как? Все предыдущие были выброшены, а последняя и вовсе разорвана на кусочки.

Входная дверь постоянно закрыта на замок, а ключи всегда в кармане – никто не мог войти в квартиру и подбросить ему этот листок. Константин подумал, что сейчас дома есть ещё кто-то, тот, кто каждый раз подкидывал на столик новые записки. Это вполне могло оказаться правдой, ведь детектив в течение всего месяца травил себя алкоголем. Он мог просто никого не заметить, тем более что в другие комнаты он не заходил месяцами. Но, обойдя всю квартиру, его догадка не подтвердилась, что только усугубило положение.

После паники пришла злость. Он дико возненавидел обычную с виду записку. Нашёл на полу зажигалку, вышел на балкон и поджёг листок. Он держал его до последнего, внимательно наблюдая, как сгорают слова и строки. А когда кончики пальцев заболели от огня, то отпустил оставшуюся часть, и пепел понесло по воздуху. На секунду Константин заметил, что в кафе напротив мужчины уже не было. Тот столик стоял пустым. Но, рассердившись и на него, поспешил в комнату.