Союз бородатых

Двоих, наши агенты вычислили в январе 1905 года, а один, идейный вдохновитель, так сказать, мыслитель Алексей Алексеевич Трымский, к сожалению, скрылся за границей, где он сейчас, никто не знает, – медленно, но четко, читал официальный полицейский картотечный документ, Александр Петрович Зурабов, высокий сутулый человек, лет пятидесяти, сидящему в его просторном кабинете, напротив него Тарасу Гапоновичу Затрищенко, который прямо с вокзала поспешил навестить старого друга.

Сразу после прибытия в столицу России, ТГЗ поспешил к старому приятелю, который, как он и думал, обрадовался его появлению.

И вот сейчас, жадно отхлебывая чай из блюдца, который Александр Петрович сразу же распорядился организовать, Затрищенко улыбался, тихо смеясь в усы.

– Значит, Алексей Трымскй, – с явным удовлетворением повторил вслух, сыщик.

– Что? – не понял пристав.

– Да так, ничего, – сказал Затрищенко, быстро став серьезным. – Скажи, старый друг, а что стало с ЦК партии?

От этих слов лицо Зурабова стало вдруг выразительнее и оживленнее.

– О, это особая история, – гордо сказал пристав, потирая руки. – Все ЦК, ну, почти все, было поймано агентами жандармерии в Париже, и привезено оттуда сюда, в нашу столицу.

Вытащив из большого, покрытого толстым слоем пыли пакета, с надписью «Списки ЦК революционных партий за 1903—1906 года», очередной картотечный листок, Зурабов зачитал вслух его содержание:

«15 ноября 1905 года, обвиняемые в тяжком преступлении против устоев российской государственности, ранее известные, как Центральный Комитет партии „Борцы за Свободу“, казнены через повешенье».

– И что, никого не осталось? – растерянно спросил ТГЗ у пристава.

– Ну, почему, никого, остался один субъект, – неторопливо, словно нехотя, говорил Зурабов, спрятав зачитанный документ, в пакет, и достав оттуда другой. – Еще в Париже, от рук жандармов ушел один единственный член ЦК партии, некто Кузумов, имя, не помню, но у меня осталась его фотокарточка.

С этими словами он достал из пакета небольшое фото и протянул Тарасу Гапоновичу.

Тот с нетерпением выхватил ее из рук пристава. На фотокарточке был изображен брюнет, щуплого телосложения, с небольшой бородкой. Снимок сделан в полный рост. На нем Кузумов в элегантном, темном костюме, запечатлен на фоне Эйфелевой башни.

«Вот она, моя тонкая серебряная ниточка!»: радовался мысленно господин ТГЗ. Дальше терять времени нельзя. Впереди еще оставался долгий путь.