Пришелец из рая

Потратив на осмотр встретившихся мне достопримечательностей города еще один час, я ощутил острое чувство голода. И, весьма кстати, сразу после этого, мне на глаза попалась вывеска на общем наречии ассамблеи гласящая «Местная кухня». Тут мне в голову пошли мысли о сытном обеде, в лучших традициях Лирии, а также о не менее острой необходимости пополнить запасы моего корабля, ведь так или иначе, через десять дней я снова окажусь в космосе. Поэтому, исходя из моих потребностей, я, недолго думая, открыл дверь под вывеской небольшого, похожего на улей здания, и прошел внутрь.

Сказать, что внутри этого заведения, жарко, означало ничего не сказать. После приятной прохлады Каратака вал горячего воздуха просто сбил меня с ног. Внутри местной забегаловки царил полумрак, тусклый свет пробивался прямо из стен. «Они и впрямь все еще остаются насекомыми!»: подумал я, осматривая настоящий пчелиный улей, внутри которого я оказался. Площадка прямо перед входом, на которой я находился, оставалась единственным местом, где я мог стоять в полный рост, всего через пару метров, потолок круто сужался до высоты чуть более полутора метров.

Заведение местной кухни сложено изнутри из ровных и геометрически правильных блоков желтого цвета. Нагнувшись, я потрогал этот материал – это не металл. Он излучал тепло и на ощупь напоминал застывшую гору воска. У меня возникло очень четкое ощущение, что я нахожусь в гнезде насекомых, и вокруг меня все состоит из сот. В паре метров располагалось подобие барной стойки – узкая полоса из точно того же желтого материала, что покрывал пол, только в отличие от него, стойка испускала тусклое свечение.

За ней стоял бармен – один в один похожий на таможенника из космопорта, только облаченный в широкий балахон белого цвета, делающий его похожим на полуистлевший труп добропорядочной старушки гуманоидного типа. Еще одной особенностью этого сокровенного для всех забегаловок и пабов места являлось полное отсутствие ассортимента товаров позади бармена. Не было ни стеллажей алкогольной продукции, ни чего-либо подобного, просто голые желтые стены, источающие слабое свечение.

В глубине диковинного помещения стояли карикатурные подобия совершенно обычных столиков, какие есть в любом кафе, за которыми сидели аборигены. Местные жители никак не отреагировали на мое появление, и это при том, что я оставался единственным инопланетянином в помещении. С одной стороны, это радовало.