Кощей

– Неужто ты не узнаешь меня? Это Кощей окаянный тебя заколдовал? Ничего, сейчас я ему покажу!

С этими словами Иван достал яйцо. Василиса удивленно отшатнулась, а старик усмехнулся, в очередной раз похвалив себя за правильный выбор. На шее доброго молодца висела серебристая цепочка, на которой болталось мутно-желтое яйцо с застывшей в нем иглой. Резким движением Иван бросил его на пол и ударил окованным железом каблуком. Торжествующее выражение лица сменилось привычным для него, недоуменным.

«Куда уж ему, дураку, разбить его? Хороший материал, на заказ сделан!» – подумал царь.

Поморщившись, Кощей вытащил из ножен меч-кладенец. Красивый, обоюдоострый, начищенный до блеска. Размерами он походил на римский гладиус, только чуть длиннее.

– Уходи отсюда, Вань, ты ведь не бессмертный.

Вместо того чтобы извиниться и спокойно покинуть помещение, молодой человек оправдал свое прозвище. Покраснев от ярости, он начал швыряться в пожилого человека всем, что попадалось под руку. Старику оставалось только проявлять сноровку и чудеса фехтования, рубя фрукты, книги, отбивая ложки и тарелки.

– Немедленно прекрати, идиот! – кричала девушка.

К сожалению, на Ивана это не повлияло, он только разъярился. Попытка Кощея поймать дебошира за золотые кудри к успеху не привела. Он только вывернулся и поднял над головой хрустальный шар.

– Нет, только не его! – закричал старый царь, но было уже поздно.

Массивный кусок хрусталя взлетел в воздух и направился прямо в голову своего хозяина.

Тот едва успел заслониться мечом. Раздался оглушительный взрыв, башню озарила синяя вспышка, и возникший из ниоткуда вихрь закружил всех в комнате. Шахматная доска и фигуры летали вокруг, норовя угодить в лицо, осколки шара острым дождем впивались в кожу. Иван с диким криком вывалился обратно в окно, а Василису поглотила черная мгла.

– Василисушка! – закричал царь, прежде чем так же раствориться в небытии…

1

– Вот так, – бубнил под нос лысый здоровяк в кожаном пальто, делавшим его похожим на дирижабль.

Одним движением он туго затянул веревку, и человек, бывший его полной противоположностью, завыл от боли. Привязанный к высокой сосне, он выглядел нелепо, словно персонаж из древней сказки «Морозко», вот только все было на полном серьезе.

– Ну, вот и хорошо, – с деланной вежливостью сказал лысый. Опершись рукой о дерево, он огляделся и глубоко вздохнул.

Утренний лесной пейзаж радовал, а прохладный осенний воздух бодрил.