Ипотечник

Под дулами револьверов, он спешился и сказал, что хочет поговорить с мэром. Объяснить в двух словах, кто он такой не получилось, и, решив, что пусть с ним разбирается сам мэр, пропустили его, предварительно забрав оружие.

– Меня зовут Таисий Харт, я здешний мэр и шериф, – сказал пожилой худощавый человек, сидящий за письменным столом своего кабинета. Старик явно переживал не лучшие времена. Мешки под глазами, бледность, и в целом, изможденный вид, говорили о том, что он чем-то обеспокоен или даже переживал какое-то потрясение.

 – Теперь расскажи, кто ты такой и зачем хотел меня видеть?

– Меня зовут Станислав, – начал путник.

– Гм, необычное имя, – поднял брови мэр. – Чужестранец?

Путник кивнул.

– Я путешественник с севера. Так получилось, что я лишился своего коня, и в пустыне меня подобрало семейство караванщика Робба.

– Знаю таких, – кивнул Таисий. – Как же так получилось, что ты приехал сюда раньше них, и откуда у тебя взялась лошадь?

– Они все мертвы, их убили люди Ворона.

Мне удалось незамеченным подобраться к их лагерю и разобраться с бандитами. Перестреляв негодяев, я взял лошадь, оставшуюся от каравана Робба и прибыл сюда.

Несколько минут в кабинете шерифа царила тишина. Старик ошарашено смотрел на своего собеседника, а тот спокойно и как ни в чем не бывало, отвечал на его взгляд. Довольно быстрым и проворным движением, говорящим об опыте, Таисий открыл ящик стола и, достав маленький двуствольный пистолет, направил его на путника.

– Откуда мне знать, что ты не один из бандитов, а может и сам Ворон? Его лица я не видел, – сказал глава Олдхоупа.

 – А вот Робба хорошо знал, и готов лично покарать того, кто сотворил такое с ним и его родными.

Выждав мгновение, Станислав ответил.

– Робб был хорошим человеком. Он подобрал меня, незнакомца, оказавшегося без воды в пустыне, и разделил со мной ужин. Понимаю, что в такую историю трудно поверить, тем более, услышанную от первого встречного, но я могу только поклясться, в том, что уже сказал.

Мгновение старик не отрывал взгляда от глаз Стаса, но затем, все же, убрал пистолет.

– Что стало с телами? – вздохнул он.

– Я похоронил их возле места побоища, вбив таблички с их именами над могилами. Это в двенадцати милях отсюда.

Мэр кивнул.

– Я всегда считал, что разбираюсь в людях, поэтому тебе верю. Как только мы здесь решим наши, трудности, – старик запнулся, явно уходя в свои мысли, но через мгновение вернулся.