Царь Салтан

Замер сидя, только тихо

Бормотал про триста жён,

А потом молчал потея

Тоже полчаса и вот,

Молвил: «Глупая затея!

Как же сними он живёт?

Так смущён я этой вестью,

Что в себя едва-ль приду,

Но могу признаться честно,

Я ответа не найду.

Как он спит – со всеми вместе

Или с каждой раз в году?

Объявлю войну злодею –

Ратью ныне я не слаб –

За зловредную идею.

Вот удумал же, сатрап,

Мучать бедных триста баб.»

Сватья, вроде-бы скучая,

Всё прихлёбывала чая,

Не теряла время зря,

Незаметно примечая

Каждый шаг и жест царя,

Враз притворный сон стряхнула,

Непритворно же струхнула,

Про себя царя ругнула,

Ведь услышала она,

Что Салтан сказал: «Вестимо,

Коль женитьба и война

Меж собой несовместимы,

Ничего не изменить,

Свадьбу должно отменить».

И едва коснулись слуха,

Как бы дремлющей старухи,

Государевы слова,

Просветлела голова.

Встала, бёдрами качая,

И заботу излучая,

Обратилась: «Государь,

Хошь помилуй, хошь ударь,

Вижу, нет дурного знака,

Я так думаю сама, –

Соломон-то был, однако,

Превеликого ума.

Триста жён и он доволен,

Как любой властитель, волен

Сам решать и поступать –

Сколько жён и с кем им спать.

День иль вечер, ночь иль утро,

Коль возник вопрос какой,

Триста жён ему на кой?

Соломон решал всё мудро,

Чай он не бобыль какой,

Соблюдал в стране покой,

Потому-что триста было

Жён-советчиц под рукой.

И что триста жён – не странно.

У турецкого султана

Жён-то вон какой гарем.

Приумолкнуть бы должон,

Нет-же, лезет на рожон,

Не боится он проблем,

Потому что есть гарем.

Что, бояре, рты раскрыли?

Слово новое открыли?

Рты прикройте-ка слегка,

То не имя мужика,

А гаремом называют

При дворе султана клеть,

Там, где жёны проживают,

Коих пожелал иметь.

Им жилплощадь предоставил

И охранников приставил –

Оскоплённых мужиков

От блудливых дураков.

Кто не знает про гарем,

Есть пример – кузнец Ефрем.

Лез на печь за самосадом,

А топилась жарко печь,

На плиту-то голым задом?

Ор стоял – аж за Посадом

Шишки с пихт летели градом

Да пастух пропал со стадом.

Всё богатство промеж ног

На печи Ефрем прижёг.

Вот таким, как наш Ефрем,

У султана путь – в гарем.

Блуд у жён предотвращать,

Лишь султана допущать.

Есть в гареме у султана

И любимая жена.