Топот шахматных лошадок

Эти потоки и правда с пушистой теплотой уходили вверх от нагретых солнцем плит.

– Можно я подержу аэропланчик, – попросила Белка.

– Подержи, – Чебурек протянул ей модель-малютку, а сам вдруг зачем-то побежал назад. Его дружок, не удивился, не окликнул. Белка покачала почти невесомый самолетик на ладони и спросила у мальчика с якорями.

– А как это все называется? – И махнула вокруг себя рукой. – Улица, площадь… Я здесь никогда не была…

– Это все называется "Институтские дворы", – обстоятельно объяснил мальчик.

Послышался мягкий топот, это прибежал босой Чебурек. С третьим самолетиком. Протянул его Белке.

– Возьми, если хочешь.

Белка… поняла, что она да, хочет. Даже очень. Казалось бы, зачем? Но… ("Дзын-нь…)

Она глянула на мальчика с якорями: "Можно?"

– Конечно, – сказал он.

– Но имей в виду: в других местах он так хорошо летать не будет. Только здесь, – предупредил Чебурек своим звонким голоском. Это "имей ввиду" опять же не вязалось с внешностью беспризорника, и Белка улыбнулась. Про себя. И спросила:

– А Институтская улица… она где? Ведь недалеко где-то, да?

Мальчики переглянулись. Чебурек даже слегка пожал плечами. Но тот, что с якорями, вытянул руку.

– Кажется, надо идти туда.

– Спасибо, – сказала Белка за все сразу: и за самолетик, и за встречу, и за совет. И подумала, что надо бы сказать что-то еще. Может быть, что она будет приходить сюда, чтобы пускать самолетик. Но увидела, что ребята уже уходят. Они уходили к проходу, из которого недавно вышли. И не оглядывались. Шли рядышком – совершенно разные и… в чем-то очень похожие. И скрылись в тени кирпичного коридора. Белка вздохнула и пошла искать арку с фонарем.

Узкую арку среди вертикальных кирпичных выступов она разглядела почти сразу. Над ней висел старинный кованый фонарь. Но Белка не пошла под арку сразу. Слева от себя, низко от каменных плит она увидела два сводчатых окна, в которых мерцали за темными стеклами еле различимые лампочки. Любопытство потянуло Белку к окну, словно за уши. Почудилось, будто там, внутри, что-то необычное. Еще необычнее, чем здесь, вокруг. Белка оглянулась – никого.