Длинные версты

Семен захохотал:

– Дык я и есть бессмертный! Мне одна сербиянка так и наворожила, шо ни пуля, ни сабля меня не возьмут! Вот и сейчас смотри, – он махнул полой накидки, – в бурке две дыры да три пореза, а сам без царапинки! – После чего, оборвав смех, продолжил весьма серьезно: – Но ты со своими орлами оченно вовремя появился. Размазали бы нас драгуны. К бабке не ходи – размазали бы… Так что мы, считай, жизнью вам обязаны…

Я отмахнулся:

– Брось. Одно дело делаем…

В этот момент подошедший Мага протянул мне мои пистолеты, и я, рассовывая их по местам, благодарно кивнул «чеху», сказав:

– О! Еще один типа «должник»… Ну что, Магомед.

Сегодня ты свой долг закрыл полностью. Так?

Но абрек, у которого весьма довольно блестели глаза, запазуха черкески явно топорщилась какими-то трофеями, а под мышкой были зажаты сразу три сабли, резко воспротивился:

– Нэт. Сычас я тэбе помог, а ты мнэ помог. Тот нэмца, который я дралса, сылный рубалка был. А ты его в башка – бах! И всо. Так что долга как был, так и ест.

На это я лишь хмыкнул, так как хитрого горца давно раскусил. Ну какой там долг жизни? Это лишь в возвышенных романах встречается, и верить подобному я вовсе не собирался. Просто обладающий волчьим чутьем Мага видит во мне удачливого предводителя большой банды, находясь в которой, можно поиметь очень даже нехилые дивиденды. И дивидендов у него только с этого похода уже две полные переметные сумы. А ведь как выйдем к нашим, словно бы ниоткуда появится парочка его родственников-земляков, и трофеи убудут в сторону гор.

Но меня пока все устраивает, тем более что Чендиев боец неплохой, да и за спину я спокоен. Ему самому очень выгодно, чтобы я был командиром, а он был при мне.

И вообще у меня на него очень большие планы. Вернее, не на самого Магу, а на всех «чехов» скопом. Народ они весьма своеобразный, и хоть как-то перевоспитать их, даже у советской власти, не получилось. Вот я и прикинул – а что, если не перевоспитывать, а просто направить их неуемную энергию в нужную для государства сторону? Разумеется, не национальные дивизии создавать (сия глупость сильно аукнулась еще в сорок первом), а предложить им то, что реально близко менталитету.

Но для этого нужно, чтобы мой абрек обладал в их среде весом и известностью. Во всяком случае, такой, чтобы по его рекомендации меня выслушали на Шуре.

В это время Буденный снова завладел моим вниманием, рассказывая, как два дня назад его отряд был обнаружен с самолета и как их начали гонять немцы.