Основная миссия

Рябушкин, Рябушкин… О, вспомнил! Мы с ним познакомились еще в Туле, куда я мотался по поводу гранатометов, а потом и ППС. Познакомились и даже сдружились. И в прошлом году тоже пару раз в столице пересекались. Только он тогда капитаном был… На всякий случай уточнил:

– Никита, ты что ли?

– Так точно!

– Во блин… – Осторожно пощупав голову, я продолжил: – Приветствую, дружище! А чего в такую рань звонишь?

– К-хм?

Еще раз глянув на часы, я смущенно ругнулся:

– Блин… вопрос насчет времени снимается.

– Мне об этом Станислав Игоревич вчера сказал. Тверитин. Он же и номер телефона дал. Но вчера я звонил – никто трубку не брал…

Ощущая страшный сушняк, я вхолостую почавкал, пытаясь избавиться от гадостного вкуса во рту, но, не преуспев в этом, продолжил задавать вопросы:

– Поздно пришли, вот и не отвечали… А Тверитина-то ты откуда знаешь? Хотя отставить… Ты в городе? Если да, то давай, заруливай! Отметим встречу.

Я собрался говорить адрес, но собеседник перебил:

– Встретимся, это само собой! И отметим, конечно. Только я сейчас по другому поводу звоню – хотел тебя на полигон пригласить и одну вещь показать.

– Какую?

Рябушкин рассмеялся:

– Приедешь – увидишь! Но я намекну: помнишь такого – Германа Коробова? Ну которому ты еще подарил венгерский пистолет-пулемет?

– Как же – подарил! Да он тот ствол у меня нагло выцыганил! Все четыре дня, пока я на заводе был, он за мной на коленях бегал.

Никита в ответ на мой спич, вежливо хохотнув, выдал:

– Он тут интересную вещь изобрел, я думаю, тебя заинтересует. Во всяком случае мне это изобретение очень понравилось!

Я поскреб отросшую за ночь щетину и предложил:

– Давай ты мне минут через тридцать перезвонишь, а то я что-то соображаю плохо.

– Может, лучше сделаем так – я за тобой машину вышлю, а пока она приедет, ты уже точно проснешься.

– Хорошо. Через сорок минут буду готов. Хотя… если я не один приеду, а со своими парнями, это ничего?

– Нормально!

– Тогда засылай своего водилу.

Только я положил трубку и собрался идти умываться, как меня поймал хмурый и заспанный Гусев, которого заинтересовала предстоящая поездка.