Стать бессмертным

 – Беляев поднимает правую руку с сомкнутыми указательным и средним пальцами. – Презренный металл лишил вас ума, чести и совести. А заодно и стыда.

– Лично я ничего никому не продавал.

– Ай, бросьте. Все так говорят. На самом деле, факт продажи ваших душ доказательств не требует.

– У вас что, чек есть?

Беляев смеётся противным смехом, который совсем не вяжется с его габаритами.

– Нет, чека у меня нет, – говорит он, отсмеявшись. – Но всем известно, что вы мечтаете разбогатеть вдруг, одномоментно, здесь и сейчас.

Раз и готово. Поэтому и использовать приходиться короткую, как мини-юбка формулу успеха…

– Круглое – лизать, продолговатое – сосать?

Беляев одобрительно хлопает меня по плечу.

– Третье забыли: что плохо лежит – хватать.

– А вы здесь, значит, используете другую формулу.

– Мы – другую. Мы исповедуем долгий и безнадёжный путь, что с вашей точки зрения, как это у вас называется, катастрофически негламурно. Но путь этот лечит и совершенствует душу. Лично я занимаюсь практикой только ради удовольствия.

Денег это совершенно не приносит.

– Путь Сенишинских самураев?

– Jedem das Seine[8 - Каждому своё (нем.) Табличка с такой надписью висела над воротами в концентрационном лагере Бухенвальд.].

– Оптимистично.

Беляев встаёт с табурета и направляется к металлическому умывальнику, над которым вместо зеркала висит табличка с надписью: «Мойте лапы, эскулапы». Открывает воду, и из латунного крана начинает прерывисто сикать тоненькая струйка.

– Кстати, вы женаты? – спрашивает он, намыливая волосатые лапищи.

– Нет, я не женат, – памятуя о прошлой ошибке, говорю я.

– А! Ну, так это же здорово! – Беляев вытирает руки белым вафельным полотенцем и возвращается на свой табурет. – У нас тут девушки просто загляденье.

– Да? Я что-то не заметил.

– А я вам объясняю, почему. Всё дело в том, что стремление к недостижимому стандарту зализанных в фотошопе моделей привело ваших столичных мымр в логически обоснованный эстетический тупик.

Я киваю.

– Лично мне на таких противно смотреть, – продолжает Беляев.

 – А здесь у нас, напротив, сохранился уникальный женский тип, который для меня всегда являлся эталоном. Как бы это поточнее сформулировать – образ советской городской красоты. Попрошу не путать с красотой российской глубинки – это совсем другое. – Беляев показывает руками, в каких именно местах не нужно путать только что введённые им понятия. – Для вас некрасиво всё, что не попадает в формат журналов для дур.