Секс дыбом

Вроде бы, неудобно, но с другой стороны (поскольку на верхней даме надет strap-on) – очень, очень естественно и целесообразно!

– О! – Вы уверены: такой памятник станет лучшим украшением любой (даже самой центральной) площади любого (даже самого большого) города мира! – О, йееееееееееее! О майгаттыбыл! Пусть первый, кто скажет, что я не гений, выйдет сюда, и я брошу в него камень!

А руки – руки тем временем сами (без участия головы) берутся за работу – крошат гипс, льют в него воду и перемешивают, перемешивают! Они – руки – знают дело, как свои пять пальцев, и пока Вы предвкушаете, что получите первый приз на Конкурсе Художественных Работ, они уже всё изготовили, отлили, остудили и отполировали! И даже подвесили strap-on(ы) на определенные им природой места в скульптурную группу.

– Меж Севильи и Гранады! – напеваете Вы под нос, подобно профессору Преображенскому, укладывая на носилки полноразмерную модель «Экстазии» – чтобы перенести ее в печь для обжига. А тут – раз, и время обеденного перерыва!

* * *

– Согласитесь, в последовательном изложении чего-либо последовательного только прирожденный зануда может черпать вдохновение! А я – Пан Чарторыжский – не такой! – мысль в моей голове сделала полный оборот и пришла к мысли, что пора возвращаться непосредственно к хозяину.

Как вы думаете, в чем разница между Касабланкой, Капабланкой и Капуей, например? В том, что первое – живой современный город, второе – мертвый чемпион мира по шахматам, третье – мертвый римский город. К чему это я? А к тому, что хозяева тоже бывают живые, мертвые и древние – тоже мертвые.

Представьте какого-нибудь замшелого женатика – отца двух-трех-четырех детей! От него сплошь одна скукота и серость существования. Всё, что он умеет и на что способен – лежать на диване и почесываться, как чудесная толстая свинья в луже в Вишневом саду. Вокруг него время от времени мелькает красавица-жена (с любовником под диваном) или же жена совсем некрасивая – без любовника, но зато с таким стервозным характером, что только диву даешься, как она до сих пор не взорвалась, подобно авиабомбе на парашюте.

«Красавица – не красавица» – и то, и другое лишь отражение неспособности женатика-свиньи удовлетворить женщину самостоятельно! Потому что привык, потому что уже ничего не интересно, быт засасывает, и дети периодически достают похуже комаров.

И хочется женатику иногда (иногда чаще, иногда реже) взять жену за шкирку и макнуть ее лицом в тесто, которое она приготовила для пирожков.