Факультет. Курс четвертый

Балдуин вообще был весьма благосклонно настроен к ордену «бедных рыцарей» – он даже предоставил им, не имевшим никакого собственного имущества, церковь в своем дворце к югу от развалин Храма Соломонова, чтобы они могли там собираться на молитву. Именно этот факт послужил точкой отсчета формирования того ордена, который знаком нам по описаниям сегодня: «Храм» (от французского temple) дал людям повод называть рыцарей «те, что у Храма» или «храмовники». Об официальном имени – «Нищие рыцари» – никто и никогда больше не вспоминал.

Де Пейен в сопровождении небольшого количества товарищей объехал всю Европу, не только уговаривая государей собрать войска для Крестового Похода, но и попутно взымая немногочисленные и неохотные пожертвования. Кульминацией этой поездки стало присутствие Гуго де Пейена и рыцарей-тамплиеров на Великом Церковном Соборе во французском городе Труа – и присутствие это обуславливалось личной просьбой Папы Римского.

Это было полезно, и Де Пейен, как глава Ордена, понимал всю важность выступления на Соборе – хорошее выступление могло обеспечить поддержку Церкви, а поддержка Церкви – поддержку глав разных стран.

Де Пейен говорил долго и красноречиво, заворожив избалованную и мракобесную церковную аудиторию картинами нового прекрасного христианского мира, который возьмет свой исток у трона Иерусалима…

* * *

В конце этого бесконечного дня Кирилл чувствовал себя раздавленным. У него совершенно не было сил, и – несмотря на то, что он хотел поболтать с Натальей и Сиреной – он добрел до кровати, рухнул на нее и тут же провалился в глубокий сон.

И ему приснилось синее-синее теплое море, а ощущению радости, что он испытал во сне, мог бы позавидовать и сам Будда.

Глава третья. От кризиса никуда не деться. И выборы не за горами

– Вы что такие грустные? – Кирилл подсел к Селивану и Урману и вынул из рюкзака бутылку «Пепси». – На вас посмотришь, сразу плакать хочется.

– Да вот, – Селиван кинул в рот сигарету и чиркнул зажигалкой, – жизнь пошла тяжелая, Кирюха.

Бабла нет, работы нет, перспектив нет, короче – всё плохо.

– Ты это чего? – опешил от такого ответа Кирилл. – Дай-ка я твой лоб пощупаю! Ты случайно не перегрелся на солнышке?

– Шутишь? – Селиван скривился. – А нам, между прочим, не до шуток. Вот – моему отцу уже четыре месяца зарплату не платят, у Урмана мать уволили, а ты шутишь. Вам, москвичам, конечно, на всё наплевать – у родичей-то за пазухой.