Прокурор

По его мнению, техника освободит от множества бумажек и отчетов, которые отнимают массу времени.

Сосед по столу, пожилой районный прокурор, поинтересовался, что конкретно представляет собой система.

– Насколько мне известно, – объяснил лосиноглебский прокурор, – планируется пять видов выходной информации. Отчетно-статистическая – это вместо форм, которые мы заполняем за каждый отчетный период. Аналитическая…

– А это что? – спросил третий сосед.

– Вычислительная машина будет сопоставлять статистические показатели и анализировать их.

И даже строить прогноз о состоянии преступности. Сюда войдут разные данные не только по нашей линии. Демографические, культурные и так далее… Ну, и еще три вида информации – индивидуальная, следящая и справочная… Например, Степан Герасимович захочет узнать, как идут у вас дела. Нажмет кнопку, и машина выдаст результат: у товарища Петелина, – он лукаво взглянул на районного прокурора, – необоснованно продлен срок расследования по четырем делам…

– А выговоры тоже машина будет выдавать? – засмеялся Петелин.

– Дойдет, наверное, и до этого, – улыбнулся третий сосед и добавил серьезно: – Все это хорошо. Но не появится ли еще больше отчетов? Раньше только для начальства, теперь и для машин…

До конца перерыва Захар Петрович еще успел зайти в аптеку, которая находилась поблизости. Он принял две таблетки амидопирина, прошелся по скверику возле Дома офицеров. Постепенно улеглась головная боль, напряжение спало, и даже чувство неловкости за неудачное выступление притупилось.

Официальная часть конференции закончилась в седьмом часу вечера. Награжденных пригласили в прокуратуру, в кабинет Зарубина, где в торжественной обстановке зампрокурора республики вручил им подарки. Некоторым, в том числе и Захару Петровичу, – именные часы.

Когда все покидали кабинет, Зарубин сказал Измайлову:

– Подождите, пожалуйста, в приемной. Я сейчас освобожусь. Есть разговор.

Измайлов вышел в приемную. Зарубин некоторое время беседовал о чем-то с зампрокурора республики, после чего Степан Герасимович проводил гостя до дверей.

Направляясь снова в свой кабинет, бросил Захару Петровичу:

– Зайдите.

Измайлов двинулся за ним.

Зарубин сел за стол и молча указал Измайлову на стул. Взгляд у облпрокурора был, как всегда, спокойный и сосредоточенный.

Он был седой как лунь. А Измайлов помнил его темно-каштановую шевелюру. И удивлялся еще, как долго не трогает Степана Герасимовича седина. Побелел, как говорится, в одночасье.