Прокурор

После приветствия она коротко доложила:

– Звонил Май. Задержится. Полетел… – Она заглянула в бумажку: – Компрессор. Как только починит, приедет.

– Хорошо, – кивнул прокурор, проходя в свой кабинет.

Обстановка здесь осталась такой же, какой была при предшественнике Захара Петровича. Не модная. Современные столы и стулья совершенно не гармонировали бы с комнатой, которая была в этом старинном особняке, скорее всего, гостиной. Большие венские окна, изразцовая печь, оставленная, видимо, из-за красоты плиток, на которых пламенели фантастические кони.

Глаголев долго ломал голову над тем, как бы улучшить интерьер прокурорского кабинета, но так ничего пока и не придумал: тут был свой стиль. И даже чернильница, мраморная, с медными украшениями, находилась на своем месте.

Первым делом Измайлов просмотрел почту – привычка, выработанная за годы службы. Отложив письма, на которые решил ответить сам, остальные с резолюциями сложил в папку для своего помощника, Ольги Павловны Ракитовой.

Затем Захар Петрович посмотрел записи в перекидном календаре. Одна из них гласила: «Нач. ГОВДа. Объяснение».

Начальник горотдела внутренних дел Никулин был приглашен, чтобы доложить, какие меры приняты по жалобе, направленной ему Измайловым.

«Кстати, поговорю и о спекулянтах», – вспомнил Захар Петрович свой поход на рынок.

Майор Никулин явился в точно указанное время.

– Ну, что решили? – спросил Измайлов, имея в виду жалобу, ради которой он пригласил майора.

Никулин вынул из кожаной папки объяснительную записку и протянул прокурору.

– Попляшет он теперь, – сурово произнес Егор Данилович.

Речь шла о курсанте Высшей школы милиции, который проходил практику в ГАИ Зорянска. На него жаловался шофер-любитель, остановленный якобы за нарушение правил дорожного движения. Водителем оказался рабочий местного машиностроительного завода, передовик производства. Он возмущенно писал, как грубо вел себя тот самый практикант.

– В его комсомольскую организацию написали, – продолжал Никулин. – Пусть разберут на собрании. Поступок курсанта обсужден и на совещании в отделе милиции.

– Ну, он-то пока только практикант, – заметил Измайлов. – Вся беда, Егор Данилович, что и кое-кто из ваших старых работников хамит водителям. – Увидя протестующий жест Никулина, Захар Петрович жестко сказал: – Есть такие сведения. Вот не у них ли научился этот курсант?

Никулин помрачнел.