Хищники

Ольга Арчиловна машинально отдала бокал с вином Марии Акимовне и прикрыла микрофон рукой, чтобы не доносился шум застолья. В первое мгновение она подумала, что Бударин решил поздравить ее со свадьбой. Но вспомнила, что в областной прокуратуре никто ничего не знает об этом. Во всяком случае, она никому не говорила… Работала всего ничего. Друзей не было, а приглашать начальство не хотела – сочтут за подхалимаж…

– Ну, если рады, – продолжил Бударин, – значит, в боевом настроении. – И стало ясно: звонок служебный.

Гости невольно притихли, так и не осушив первого бокала.

– В общем, да, – ответила Дагурова.

У нее чуть не сорвалось с языка, что идет свадьба. И наверное, скажи она это Бударину, он поздравил бы и положил трубку.

– Придется вам, Ольга Арчиловна, лететь в Шамаюнский район. Заповедник Кедровый знаете?

– Да, – ответила Ольга Арчиловна, вспоминая, где этот самый заповедник. Прилично: километров четыреста отсюда.

– Убийство, – говорил Бударин в трубку. И в его голосе Ольга Арчиловна уловила озабоченность.

Она хотела спросить, почему этим занимается областная прокуратура, а не районная. Но Вячеслав Борисович опередил вопрос:

– Понимаете, убит московский ученый… Получено указание сверху: расследование надо вести нам…

– Когда?.. – Ольга Арчиловна умышленно не произнесла слово «выезжать», чтобы не услышали гости.

– Вылетать? Созваниваемся с аэропортом, с вертолетчиками… Час у вас на сборы будет. Машину пришлю.

– Хорошо, – сказала Ольга Арчиловна.

– Дело, я думаю, несложное, – ободряюще произнес Бударин. – Но надо его провести тщательно и аккуратно… За неделю-полторы можно управиться. Убийство на почве ревности. Он факт не отрицает…

«Он», поняла Дагурова, – преступник – признается в убийстве. Значит, будет легче. Ольга Арчиловна положила трубку на рычаг…

Гости вновь оживились, встали, продолжая с бокалами в руках слушать прерванный тост, а Ольга Арчиловна тем временем решала сложную задачу, не зная, как поступить: не выпить – значит омрачить всю свадьбу, а выпить, потом отправиться на место происшествия – и того хуже, можно омрачить всю дальнейшую жизнь.

Почувствовав смятение невесты, Мария Акимовна незаметно для других дернула ее за платье и, мягко улыбнувшись, тихо прошептала:

– Пей, не бойся…

Дагурова пригубила фужер с играющим напитком и… выпила до дна. Конечно, это был «Грушевый дюшес». Она с благодарностью посмотрела на Обретенову.