Черная вдова

– Переодеваться будете? – поинтересовалась хозяйка, оглядев наряд гостьи – вельветовые брючки и свитер.

– Я так буду, – взяла ее под руку тетка Михайлина. – Ну, пойдем познакомимся с родными.

«Да, – подавила вздох Ганна Николаевна, – старый як малый».

Зашли в комнату, где был накрыт праздничный стол. Никто не садился – ждали почетную гостью.

«А наши-то куда наряднее», – с удовлетворением отметила про себя Ганна Николаевна.

И впрямь, на многих Сторожуках костюмы и платья – даже на прием в Кремль не стыдно было бы! Ну а насчет угощения хозяйка не беспокоилась: молочные поросята, индейки, куры, домашняя колбаса и окорок, своего приготовления маринады и соленья, пышные румяные пироги и караваи.

Ароматы и запахи стояли такие, что и у сытого потекли бы слюнки.

Увидев все это великолепие, тетя Михайлина бросилась за фотоаппаратом, влезла на стул, щелкнула затвором. И тут же, к удивлению присутствующих, извлекла из камеры… готовый цветной отпечаток.

Всем хотелось посмотреть фото.

Орыся тоже разглядывала его как чудо. Стоявший рядом Лев Владимирович тихо пояснил, что аппарат – системы «Полароид».

– У меня в Москве такой же. Правда, трудно с фотоматериалами к нему, но на вас я не пожалел бы… – многозначительно добавил он.

Переводчик, как только зашел в дом Сторожуков, сразу прилип к Орысе и не отходил от нее ни на шаг. И когда наконец сели за стол, устроился рядом.

Поднялась Василина Ничипоровна и произнесла в честь гостьи целую речь. Лев Владимирович шепнул на ухо соседке:

– Выручайте, Орыся, по-украински я ни бум-бум.

Она хихикнула и тоже шепотом спросила:

– Зачем же вас послали с тетей Михайлиной?

– Положено, вот и поехал, – усмехнувшись, ответил работник «Интуриста».

Орысе пришлось переводить ему с украинского языка на русский. Лев Владимирович под этим предлогом придвинулся к ней еще ближе.

Угощение шло на ура. Еще бы, все здорово нагуляли аппетит на морозе. Гринь Петрович, сидящий по правую руку тетки Михайлины, предлагал ей то кусок поросятины, то ломоть окорока, то индюшачью ножку.

Но старушка от всего отказывалась. Она положила себе на тарелку куриное крылышко и пару кружочков свежего огурца. К знаменитому хлебу Ганны Николаевны она даже не прикоснулась.

– Хоть пирога отведайте, – попросила Ганна Николаевна, сидевшая по левую сторону тети Михайлины. – Слоеный…

– Нет! Нет! – замахала руками гостья. – Вредно!

– Как? – растерялась хозяйка.