Хроники Руны. Трилогия

– Ну что, долго вас еще ждать? – крикнул Драчун, стоя уже на другом берегу. – Не бойтесь, справа есть небольшой выступ, и вода там всего лишь по щиколотку.

– Молодца, вудс, – похвалил Батька и начал переправляться на другой берег.

– Не нравится мне эта водица, – Лис с брезгливостью смотрел, как ноги гнома скрылись в воде чуть ли не по колено из-за его маленького роста.

– Что, боишься ножки замочить? – засмеялся Весельчак, входя в воду.

– Нет, просто не хочу всю дорогу вонять.

– Ага, нашел дурака. Вон Пакостника попроси. Пусть тебя на своем горбу возит.

– Нет, я лучше сам, – скривился Лис и, зажав двумя пальцами нос, опустил ногу в вонючую жижу.

– Сейчас я его уделаю этого чистоплюя, – Пакостник хотел было войти в воду, но Дуболом преградил ему путь.

– Хватит уже, не до твоих шуточек. Я иду следом, а то, чего доброго, еще скинешь Лиса. У тебя ума хватит.

Пакостник только пожал плечами и дождавшись, когда Дуболом доберется до берега, подошел к выступу. Внезапно мотыльки заволновались, затеяв над озером какую-то дикую пляску. Затем они начали собираться в рой, образовав огромный светящийся шар, который завис у самого верха туннеля. Пакостник остановился, разинув рот. Отряд, стоящий на другом берегу, также не отрывал глаз от шара. Вдруг в наступившей тишине раздался слабый гул. А потом из земляной стены рядом с Пакостником вылез серый червяк размером со змею.

Тут позади него из черной жижи взметнулось щупальце, похожее на тех самых червяков, только в несколько раз толще и длиннее. На берегу друзья что-то кричали и размахивали руками. Но Пакостник их не слышал. Он плыл, одновременно стараясь увернуться от щупальца, которое норовило его схватить.

Драчун метнул звездочку в неведомого врага. Раздался пронзительный рев, полный боли и отчаяния, от которого резало слух. Преследователь взмыл вверх, и в свете мотылькового шара приятели увидели, чем щупальце издает эти ужасные звуки. Прямо посередине серого туловища у подземного обитателя был рот, полный острых зубов. Пакостник обернулся и похолодел от ужаса. Это неприятное зрелище прибавило ему сил.