Осень Летнего Берега

Нет, он не может отказаться от поездки. Но сыну это просто так не объяснить, хоть бы он и тоже был там. Поэтому Сергей лишь бросился фразой:

– Чем дальше находишься, тем приятнее возвращаешься. Я к чему виду – подумай о том, чтобы на бюджет выйти.

– Не пройти там на бюджет. Там баллы дикие и все только за деньги. Я ж столько раз говорил.

– Так уж нужен тебе этот Питер?

– Не в этой же дыре мне сидеть!

– И ничего не дыра… ты ж технарь – вот тебе пожалуйста, газовая промышленность, инженерия, энергетика.

– Я программист!

– А сдавать тебе в этот Питер и физику и математику! С этими же экзаменами сюда пройдешь.

– Не хочу я сюда.

– Ну не сюда… что, городов мало? Не нравится север, вон – Ярославль, Новгород, Тверь…

Вновь повисло молчание.

– Делайте что хотите, я все равно поеду в Питер.

– Я что запрещаю?! Я тебе сам говорю – поступишь на бюджет, или, может целевое возьмешь – едь, я же рад только.

– Уеду – вот увидите.

Вопрос, конечно же, так и не был решен.

В тот холодный вечер Степа выходил прогуляться.

Два друга ждали его на Паранихе, в приморском парке – второй городской набережной, что располагалась в месте, где река Кудьма впадала в Белое мое.

Обходя широкие лужи по бортикам, Степа шел по хорошо освященной улице Ломоносова, время от времени его нет-нет да обливала проезжающая машина, вызывая тихую ругань.

Преодолев несколько залитых дождем пешеходных переходов Степа добрался до набережной приморского парка, где, стоя под фонарем, его уже ждали друзья.

Один из них, студент техникума, пожимая руку Степе сказал:

– Опаздываешь, а мы тут тебя под дождем дожидаемся.

– Да, с отцом разговор был важный.

– Ну-ну.

– Ладно… мы к тебе?

– Погодка… да, ко мне.

Втроем они пошли вдоль залива по асфальту набережной, в ночи виднелись огни заходившего в порт грузового судна. Тусклые Фонари освещали троице дорогу по приморскому парку, дождь все так же противно моросил, они могли бы сразу собраться у Кеши – собственно, студента техникума на первом курсе, но тот настаивал на встрече на улице даже в такие дни.

А квартира у него была свободна всегда. Небольшая однушка, доставшаяся в наследство от бабушки, ушедшей из мира живых два года назад. Не сразу, конечно, эта квартира стала местом сбора Кеши и друзей, надо было выждать, отойти от смерти близкого человека. А потом… Потом, как это обычно и бывает, родители сказали, что Кеша волен переезжать туда как только ему наступит восемнадцать.