Тестер. Грань невозможного

Вначале я представлял себе различные места в Альконе, действуя так же, как учила меня Ми при открытии портала, но ничего не происходило.

Постепенно, перебирая в своей памяти места, людей и события, я отвлекся от самой цели своих действий и просто размышлял. Мои мысли прыгали с одной на другую, и я почему-то вспомнил Костю и наш с ним спор о ремонте в двух пустующих комнатах.

Он убеждал меня тогда оставить все как есть, а я все же хотел что-нибудь взамен бетонного потолка и стен, из которых в нескольких местах торчали острые прутья арматуры.

Мой локоть резанула боль, и я невольно выронил камень Гатани, хватаясь за поврежденное место. Полутемная комната, закрытое тканью окно, желтоватый пластик капсулы глубокого погружения с мигающими индикаторами ее состояния, розетка, висящая на пучке идущих из стены проводов – все это мелькнуло у меня перед глазами.

Я сделал шаг назад, нагибаясь и подхватывая упавший на пол камень Гатани, запнулся о бревно и с грохотом вывалился в отдельный кабинет таверны «Имперский гонец».

Портальный камень Гатани, благословлён богом Тиром.

Вот что лежало у меня на ладони. Я нашел свой путь, а камень теперь является моим проводником туда и обратно. Но вот видение собственной квартиры испугало меня до чертиков. А что, если бы я переместился туда? Кого бы я обнаружил в капсуле? Б-р-р-р! Лучше об этом сейчас не думать.

Когда я спустился вниз, то обнаружил Кайла, спящего на лавке у входа.

–Он так объелся, что почти сразу же заснул, господин баронет! – произнес служка, расталкивая мальчика, которого, похоже, посчитал просто слугой.

–Подъем, Кайл! – он разлепил сонные глаза, его взгляд сразу же затравленно рыскнул по сторонам, но, как только он увидел меня, сразу же успокоился.

–Я тут это, поел и … – он замялся, не желая признаваться в том, что просто заснул.

–Понятно. Последнее задание Кайл: мне нужна хорошая гостиница, и можешь быть свободен!

–А господин баронет не дойдет со мной до границ белого города? – с надеждой спросил он меня.

– Нет! Подайте мне чистую бумагу, – приказал я служителю трактира. Все равно собрался навестить ректора, так почему бы заодно не послать ему весточку? Набросав короткую записку, я сложил плотный лист желтоватой бумаги в несколько раз, капнул воском от свечки, стоявшей рядом со входом, и приложил к остывающей коричневой массе свой перстень, дарованный Императором.