Шкатулка демонов

Амато ничуть не чурался такой славы: пусть другие ищут почестей в воинском ремесле, он же мечтал возвеличить своё имя тем искусством, которое подняло семью над другими много поколений назад. Амато считался одним из лучших вышивальщиков своего времени, но, кроме мастерства, он обладал умом дельца и знал, что способен исполнить свой амбициозный замысел. Испокон века семья Амато растила хлопок и ткала полотна безупречной тонкости и красоты, и князь мечтал однажды превзойти своих предков и прославить род на сотни лет.

И всё же не их мастера когда-то создали драгоценное одеяние, хранившееся в сокровищнице императора, потому Амато хотел повторить то деяние, как путешественники мечтают пройти вдвое больший путь, чем первопроходцы, как стрелок мечтает поразить цель более сложную, чем его учитель, как зодчий стремится выстроить дворец, который затмит всех предшественников.

В то утро в «Отраду» приехал друг детства Амато – Деки. Он жил в столице и выступал в театрах и при дворах знатных господ, а, случалось, пел самому императору.

Он и прежде пользовался гостеприимством князя, ему нравилось бывать в «Отраде», особенно в период цветения хлопка: в июле на кустах появляется множество крупных цветов (белых или жёлтых), с неровными лепестками, словно кто-то обернул черенок веточки тонкой, папирусной бумагой. После опыления цветы меняют свой окрас на нежно-фиолетовый, а вскоре высыхают и опадают. Их сердцевинка перед этим увеличивается, из коричневой она становится тёмно-фиолетовой, в ней появляется розовое веретёнце, которое со временем превращается в коробочку.

– Неужели столица отпустила тебя, друг мой? – с доброй насмешкой спросил Амато, когда Деки выбрался из повозки во дворе усадьбы и крепко обнялся с князем.

– Столица – любовница капризная, – улыбнулся Деки, – но она знает, что я принадлежу ей душой и телом и, нагулявшись по деревенским полям, всё равно вернусь.

– Не боишься заскучать в нашем захолустье?

– Уверен, ты найдёшь, чем меня позабавить, – в тон отозвался Деки.

Рано утром, едва позавтракав, Амато повёл друга в недавно отстроенные мастерские, показать, что переменилось за те два года, в которые они не виделись.

«Отрада» была именно усадьбой, совсем не крепостью, какими могли похвастаться старые роды Долины. Её строили, думая больше об удобстве будущих жильцов, чем о защите от врагов. Просторные и светлые покои окружали внутренний двор, засаженный вишнёвыми деревьями, в пруду плавала форель, росли кувшинки.