Потаённых дел мастер

Обнаружив насекомых, с кровати она подскочила с таким визгом, что перебудила весь дом. Клауд прибежал первым, с револьвером наперевес, за его спиной жался к стенке и боязливо вытягивал шею хозяин дома.

– Ты что орёшь? – строго поинтересовался парень, убедившись, что, по крайней мере, прямо сейчас крикунью никто не убивает.

– Меня кто-то укусил! – пожаловалась Кира, показав на кровать.

На полосатый матрац выбрался здоровенный (никак не меньше лесного) клоп, и, довольный собой и жизнью, устроился в самом центре.

– И ты из-за этакой мелочи шум подняла?

Фраза была произнесена таким тоном, что сразу становилось понятно: если прямо сейчас из под кровати не вылезет какой-нибудь монстр, оправдаться у клопиной жертвы не получится. Монстр не появился, так что Кира всё-таки неуверенно кивнула. Одарив её «тёплым» взглядом, Клауд вышел, топоча громче, чем следовало. В комнату сунулся Малюта.

– Да ты шугани его, шугани, – по-доброму посоветовал он.

Кира покосилась на клопа, потом на купца и натянул одеяло до подбородка.

Из коридора выглянул Клауд и бесцеремонно дернул Малюту за рукав.

– Пошли уже, ухажёр доморощенный.

Дверь захлопнулась.

– Чёрствые, жестокие люди, – прошептала девушка, с обидой поглядев на клопа. Клоп пошевелил усиками.

На кровать она больше не легла – устроилась на полу. Завернувшись в одеяло и подложив под голову подушку, Кира свернулась калачиком и скоро уснула. Так и вышло, что спас её кусачий жук.

Второй раз девушку разбудил пинок под рёбра.

Дернувшись и закричав, она попыталась вскочить. Что-то тяжелое с грохотом свалилось на пол. Кира наугад пнула ногой это «что-то», ругавшееся совершенно по-человечески, и ругань сменилась воплями. В коридоре мелькнул свет, и в дверях появился Клауд. Возле его ног увивался любопытный кот-мутант, с укоризной смотревший на буйную гостью.

– И что опять…

– Там кто-то есть! – прошептала Кира, отползая поближе к выходу.

Фонарик в руках Клауда осветил комнату.

– Это не кто-то, – поправил её парень, и в голосе ясно засквозила угроза. – Это мой дорогой приятель Малюта, и он сейчас объяснит, что забыл здесь посреди ночи, или я отстрелю ему нос.

Раздался сухой щелчок взведённого курка. Малюта перестал кричать и кое-как привстал, потирая отбитый бок. Он никак не ожидал, что предполагаемая жертва покушения проявит такое коварство, и подстережёт его на полу, да ещё и на пол пути к кровати.