Узвитон

 – Взять хотя бы моего соседа, начал он как ты ремонт в ванной делать. Пригласил узбеков.

– И, – вставил Витька, на миг, прекратив поглощать пельмени и пиво, и в глазах у него промелькнул ужас предстоящего ремонта.

– Ну и сделали всё чин-чинарём, знаешь, там плитку итальянскую положили, пол с подогревом, зеркала, подсветка со всех сторон, одним словом красота! – Пётр закрыл глаза, глотая мелкими глотками светлое пиво. – И главное всё быстро так, за неделю управились.

– Ну и … – холодея от ужаса, вникал Усачёв.

– Заказал ванну новую, классную такую с ручками, с завитушками, белая-белая такая, сам её в подъезде видел. В темноте аж светиться, я ещё удивился: «Во! Цвет, какой и свет включать не надо!».

– И чево? – переживал Витя.

– Ну, чево. Стали ванну заносить. А она в двери не проходит, – Петя поперчил пельмени и продолжал жевать. – Оказалось, они спешили, померили старый дверной проём, а двери поставили новые с другим косяком.

– Ну, – выдавил Витя и выпил пива.

– А проём новый меньше на три сантиметра! Вот тебе и ну!– заключил Пётр. – А ванну выбрали тютелька в тютельку, чтобы в старый косяк зашла. А в новый- то она не входит. Вот такие дела. А всё спешка, да шебутнёшь.

– А ванну, что так в подъезде и оставили? – удивлялся Витя.

– Зачем в подъезде. Косяк вместе с дверью сняли и ванну затащили. Потом узбеки по новой дверь устанавливали и отделывали всё. Ещё с соседа хотели дополнительно денег содрать, но он сказал: «Ваш косяк, я вам и так сполна заплатил», – Петр задумчиво жевал пельмени.

– Да, ладно, – вставил Дима. – Витька сам всё сделает, и никаких узбеков звать не будет. Да Виктор?

– Не знаю. Как пойдёт, – грустно резюмировал Усачёв.

– Петруха, любишь ты тоску на людей нагонять, – продолжал Барабанов старший.– Вот и Витёк загрустил.

– Да не загрустил я, – оправдывался Витька. – Просто, как подумаешь, сколько всего нужно сделать и ничего не упустить, то голова кругом идёт.

– Вот тут главное следовать старинной русской пословице: «Семь раз отмерь – один раз отрежь!» – заключил Барабанов младший. – Это теперь твой жизненный принцип. А ремонт можно только остановить, закончить его невозможно.

– Ну, спасибо! Успокоил! – вставил Барабанов – старший.