Третий

Там-то они ездили!

Сергей Иванович с внутренним беспокойством услышал приближающийся смех. Девчонки-подростки, шляются по ночам, родителей на них нет…

Мужчину кольнула мысль – не над ним ли смеются? Что стоит, как дурак, у пустой дороги – ни справа ни слева ни единой машины – стоит и боится, глупый, выживший из ума старик.

Сергей Иванович побагровел, одёрнул низ наглухо застёгнутой ветровки. Не так уж он стар! Это глупые подростки могут думать, что он почти труп, а он в пятьдесят восемь на тот свет вовсе не собирался! Сергей Иванович поджал губы, сделал вид, что он здесь недавно, и решительно шагнул на дорогу, встал на неё обеими ногами, пошёл.

С полоумным рёвом пронеслась машина, натужно заскрипели рессоры, прочертили на встречную, не удержавшись, шины. Бежал на красный, уворачиваясь от бамперов, человек с бутылкой. Из павильончика остановки выскочил невысокий сухощавый субъект и тоже побежал…

Сергей Иванович лежал на боку на дороге. Перевернулся несколько раз, будто ворочался на кровати, и затих.

Если не знать, что случилось, можно было подумать, что пьяница неудачно выбрал место для отдыха. В чуть грязной одежде, в прилипшем с земли соре, подтверждающем, что пьянчуга не первый раз пристраивается прикорнуть, преодолевая по-видимому долгий путь домой.

Высокий человек, незаметно расставшись с бутылкой, стал на колени перед Сергеем Ивановичем и потянулся к шее щупать пульс. Отдёрнув руку, не вставая с колен и уперев теперь обе ладони в пояс, он длинно, не стесняясь, выругался.

Глаза злобно блеснули из-под капюшона в сторону светофора. Второй, добежав, расстроенно остановился, опустив голову. К месту аварии собирались редкие прохожие. Девчонок-подростков среди них не было.

Август, 31

Пашка бежал босой, отбивая ступни кочками.

– Пожар! Пожар! – кричал он по пути, совместив оповещение соседей с порученным делом. Бежал за вёдрами, не жалея уже ноющих от ударов ног.

Происшествие застало на пляже. Готовились жарить шашлык, уже в темноте, под навесом, учитывая с утра собиравшиеся тучи, дело всё откладывалось, но уже было невмоготу и откладывать некуда, завтра на учёбу; декан зловредно назначил три пары, несмотря на праздник.

Проводы августа не задались, купаться под моросью не захотелось, загорать, как и играть в волейбол тоже, но студенты не готовы были вот так сдаться и не отведать шашлыка.

Пожар начался вовсе не по их вине, у них всё шло своим чередом, не очень быстро, но довольно аккуратно.