Растяпа. Мечты сбываются

После возвращения из Челябинска мне потребовалась ночь смятений и утренняя пробежка по морозу, чтобы, наконец, понять: то, что произошло – реальность, а не сон. Позавтракав, лег на диван и погрузился в глубокий и спокойный – а проснулся, когда на дворе сиял день.

Надо было собираться.

Укладывая вещи в чемодан, подумал вдруг – толпа в райкоме надеется на отвальную в гараже. Однако, времени уже не осталось – договорился: сегодня я ночую у сестры (от нее до вокзала пять шагов), а утром с первой электричкой ту-ту! в Челябинск.

После сборов и обеда прилег на кровать, не веря своему везению, и опять уснул. Когда проснулся, за окнами уже смеркалось. Сон помог, по крайней мере, в одном – теперь окончательно убедился, что я лечу к земле Америго Веспуччи. И то, что казалось иллюзией, словно по мановению волшебной палочки обернулось в реальность. От этой мысли настроение сразу поднялось.

Отец еще до прощального часа наворчался на мою бесшабашность, мама напечалилась – отбытие из родного дома со всех точек зрения должно пройти безукоризненно.

Проходя мимо райкома, вдруг ощутил непреодолимую усталость – видимо реакция на все события последних дней. Такое желание возникло – хоть к вахтеру зайти и отдышаться посидеть. И, наверное, зашел бы – вдруг Пал Иваныч открывает двери. Сразу решил – вот на ком отыграюсь в плане отвальной.

– Шеф, – говорю, – ты ведь не против со мной выпить на дорожку?

– А как ты догадался?

– Да у тебя вид уставшего от жизни человека.

– Ну и что? – проворчал Пал Иваныч. – Зато ты сияешь, как новогодний шарик.

Да, я рад, безумно рад своей поездке. Но чужая зависть сейчас невыносима. Восторги, похвалы и подковырки окружающих ничего, кроме дискомфорта не дают. Сейчас мне в час прощальный нужна лишь стужа – суровая, уральская – надышаться впрок.

– Так ты согласен со мной пройтись за «линию»?

– Небось, считаешь себя умником?

– Честно говоря, да, – самодовольно кивнул я и потянул шефа под руку.

– Рад, что едешь? – похоже, Кожевников жутко завидовал. – С каким настроением?

– С настроением конкистадора. Они когда-то говорили так: «Убей мужчину, люби женщину!»

– Не понял.