Нисшедший в ад

Но то, что я увидел сегодня, убеждает меня в том, что дар Твой действительно от Бога Твоего. В то время, когда я въезжал в город, я увидел Тебя с прокаженным. Потом я видел этого человека здорового и радостного. Хотя мы с Тобой разной веры, я прошу Тебя во имя Бога Твоего о милости. Мой слуга очень болен и лежит в горячке. Я люблю его, я знал его еще мальчишкой, и с тех пор он служил мне в сражениях на полях битвы. Я прошу Тебя оказать мне милость и исцелить его.

– Я приду к тебе и исцелю его, – ответил Иисус.

– Нет, Великий Человек, – произнес кентурион, – не достоин я, чтобы Ты вошел под кров мой.

Скажи лишь слово – и выздоровеет слуга мой. Хотя я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: «Пойди», – и он идет; другому: «Приди», – и тот приходит, а слуге моему: «Сделай то», – и он делает.

Иисус, услышав такие слова, ласково улыбнулся:

– Я рад буду, если и в Израиле найду веру такую. Говорю же вам, – обратился Он к ученикам Своим, – что многие придут с востока и запада, севера и юга и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царствии Небесном.

 – Затем Он снова обратился к кентуриону: – Иди и как ты уверовал, да будет тебе. Твой слуга теперь здоров.

– Благодарю Тебя и Бога Твоего, – сказал кентурион и, еще раз поклонившись Иисусу, удалился.

В Капернауме Иисуса уже заметили и вскоре вокруг Него собралось много людей.

– Как ты думаешь, – Симон Петр схватил Андрея за руку, – слуга сотника уже здоров?

Андрей удивленно взглянул на Симона.

– А ты как думаешь? – сказал он, и легкий укор послышался в его вопросе.

– Я думаю, здоров, – ответил сияя Симон Петр. – Сомнений нет. И ты не сомневайся.

Тем временем они проходили мимо Симонова дома, и Симон, бросив на ходу Андрею: «Я сейчас», – быстро вошел в дом. Он застал жену в первой комнате, где она разжигала очаг. В доме было тихо, и, казалось, эта тишина зазвенела в ушах после шумной улицы. Видимо, дети спали в другой комнате.

– Радуйся, любимая, – вскричал Симон.

Жена сделала ему знак, чтобы он говорил тише, но шепот все равно у Симона не получился.

– Пойдем со мной – разделишь радость нашу, – он поцеловал ее в губы и, как была она у очага простоволосая, такую и потащил ее за руку из дому; она едва успела захватить накидку и уже на ходу убирала волосы.

– Симон, где же улов? – торопливо бормотала она.

– Некогда, любимая. Идем, – орал он.

Пробиться сквозь толпу к Иисусу было весьма трудно. Но жена Симонова разглядела в толпе Иисуса.