Легенды нашего края. Сейфула

Ее серьезный вид при таком разговоре, несколько удивил Сейфулу – зачем она его о таких вещах пытает? Он чувствовал, что не для этого она пришла к нему в начале ночи в домашнем халате, под которым угадывалось обнаженное тело. Но не находил слов, чтобы завлечь ее в объятия.

– Спокойной ночи, – сказала Анна Михайловна, но не двинулась с места.

В темноте террасы лицо ее трудно было разглядеть – волнуется она? грустит? чего-то ждет от него? Если бы Кашапов был постарше и имел побольше опыта общения с женщинами, может быть, он разгадал причину ее ночного визита.

Хотя, конечно, он догадывался… Что-то ему в душе подсказывало…

Но не было самого главного – отправной точки.

Сейфула вдруг ужасно покраснел – хотя кто бы заметил в такой темноте! – чуть отступил назад и вдруг охрипшим голосом выдавил:

– Иди ко мне.

Анна Михайловна пожала плечами:

– Я думала, ты не решишься.

Она больше ничего не произнесла, повернулась спиной и пошла в комнату. Уже в коридоре шедший следом Сейфула увидел – она развязывает пояс халата.

На пороге одним движением сбросила с плеч одеяние, представ в полумраке во всем великолепии своей наготы. В следующее мгновение она юркнула под одеяло…

Кажется, сама темнота позвала его ласковым шёпотом: «Иди ко мне».

Анна спала, когда он ушёл из этого домика, как вор, не прощаясь – тихо ушёл, половицей не скрипнув. По дороге брёл словно сомнамбула, часто натыкаясь на лужи. Добрался до полустанка без всякой надежды на электричку. Но в той стороне, куда она шла днем, светился багрянцем горизонт – наверняка город.

Сейфула долго шел по рельсам, пока вдали не показались огни. А потом мелкие домишки окраины.

Нет, зря он ушёл. Какой страх, какая холера погнала его прочь?!

Теперь надо искать вокзал, как место на ночлег.

Он с рельсов сошел по нужде и притулился к забору. В доме за ним распахнулась форточка. И хриплый, прокуренный голос спросил:

– Чево ползаешь, вошь дровяная?

– Ничего. Спи давай, хозяин. Я проходом…

Зажёгся свет в маленьком окошке, потом тень его заслонила – хозяин разглядывал Сейфулу.

А потом и просверк жёлтый лёг от входной двери, и калитка скрипнула. На мужчину глядел бородатый дед в ватнике, бязевых кальсонах и исподней рубахе – морщинистые ноги в резиновых калошах.

Может быть, он разглядел наколки? Может, просто учуял – звериным нюхом?! Густо прохрипел:

– Сиделец? Скитаешься? Нехде переночевать?

– Да.

– Заходи. До утра приму.