Бортовой инженер Вселенной

Незнакомое услышав слово с корнем «мент», шофёр легонько вздрогнул и ругнулся, а потом, прищурив левый глаз хитрО, сказал:

– Не взять мне совершенно в толк никак ребята, почему вы так с ментами просто? Вроде ихнее начальство прямо.

И Сашуля улыбнулся:

– Мыслишь, Алик, правильно! Я есть начальство над милицией и, не по мне что, – пошутил, – перестреляю махом… В раз в лобешник вконопачу звёзды!

И вот тут расхохотался громко повелитель бензовоза бойкий, так что даже со стола свалилась с минеральною водой бутылка.

И друзья его, чечены, тоже захихикали в кулак, стараясь не особенно обидеть гостя, перебравшего спиртного явно. И закончив смех надрывный, Алик:

– Александр, – на особиста глянул, – может быть, вы поглядеть дадите на оружие своё, какое офицерам не дают, я знаю.

– Как не дать? На, посмотри, дружище, – удивился особист вопросу, – дам не только поглядеть, но даже пострелять, коль есть на то желанье.

Из карманов брюк военных вынул пистолет чекист:

– Он, вот любуйтесь! Неразлучник мой – близнец сиамский, брат родной! – Поднял как выше можно свой ПМ над головою Саша.

У чеченов, у людей особых, у таких кому фетиш с пелёнок – пистолет, он бог кому с рожденья, больше не было совсем вопросов уж никак не к хвастуну большому, а к мужчине с главной буквы самой.

Изумлённые, они смотрели с уважением, с восторгом детским на такого мужика крутого в их понятии. И в душах зависть к человечине большая зрела, не военно-пролетарской касты был который, а другой – особой.

Пистолет имел, конечно, каждый уважающий себя чеченец, но вот только втихаря, а так чтоб эдак запросто носить, свободно, было это невозможным делом, с риском связанным большим довольно, за которое могли упрятать за решётку, как дать пить, на годы.

Тут же нате вам – красуйся вволю и бабахай на здоровье вдоволь. Потому в глазах чеченцев вырос бесконечно высоко Сашуля.

Продолжая поражать хозяев, передёрнул на ПМе Саша не спеша затвор:

– Ну, что притихли? – подмигнул. – А ну, мишени ставьте!

Алик первый выполнять команду резво бросился, шмыгнул за двери и мгновенно за окошком вырос.

Отошёл во двор шагов на десять и торжественно поставил чинно в ряд бутылки – поллитровок восемь, в уголочке что припрятал сторож, и сейчас пришлись какие кстати.

– Всё готово, Александр Иваныч, – доложил подобострастно Алик и обратно в кабинет скорее.

Саша стал как раз в окна проёме, на бутылки поглядел, прикинув расстояние до них. А было, я так думаю, под тридцать метров.