Наяль Давье. Герцог северных пределов

Назвать проливной ливень простым дождем язык просто не поворачивался. Дойти до места ночлега мы не успели, поэтому нам пришлось останавливаться на тропе. Идти вперед в такой дождь – совершенно глупая затея. Так что дождь пережидать нам пришлось, плотно прижавшись спинами к скалам.

– Скверное местечко, – поделился потом вечером Аболье. – Заметили, милорд, что стоило нам ступить на эту гору, как нас теперь постоянно сопровождает странная тишина?

Я кивнул, вспоминая, что и сам совсем недавно действительно думал о слегка напрягающей тишине.

Сам себя я успокоил тем, что в горах, должно быть, всегда так. Чему тут шуметь? Камень сплошной кругом. Ни листвы, ни травы. Впрочем, мог еще ветер завывать, но по какой-то причине даже он здесь больно уж тихий.

Впрочем…

Перейдя на магическое зрение, я внимательно огляделся. Да, так и есть – всё кругом пронизано тонкими, почти незаметными нитями плетения скрыта. Они почти исчезли, что могло означать только одно – плетение почти разрушилось.

На следующий день после ливня, ближе к вечеру, мы вышли к входу в пещеру.

Было еще вполне светло, но я принял решение останавливаться.

Дров мы с собой не брали – лишняя поклажа. Костер я разжигал с помощью плетения. Вернее, даже не разжигал, а просто поддерживал горящий огонь столько времени, сколько было необходимо. Нитей огня здесь с каждым днем вокруг становилось все меньше. Нечто подобное я и предполагал, поэтому еще в самом низу наловил их как можно больше.

Уже вполне привычно создав плетение, разместил в кострище, а сам отошел к стене, давая место Жанжаку.

– Сколько бы раз ни видел, все равно удивительно, – с некой гордостью сказал Жанжак, ставя на камни котелок.

Я на это только пожал плечами. Поначалу я и сам удивлялся чему-то подобному, но сейчас это стало мне уже привычным. Раньше, попав в дождь, я постарался бы быстрее отыскать место, где можно укрыться. Сейчас я в первую очередь вспоминаю изученные плетения, пытаясь найти среди них те, что смогли бы мне помочь в такой ситуации.

Конечно, подобное происходит не всегда, но я стал замечать, что чем дальше, тем больше я привыкаю к своей силе.

Кто-то может сказать, что это не есть хорошо. Мол, стоит магии исчезнуть и человек останется безоружным. Но с другой стороны, стоит отрубить человеку руки, и он тоже станет безоружным. Я сейчас говорю не о тех личностях, которые могут сражаться с помощью только ног, а о среднестатистических людях. Магия уже стала частью меня, как руки и ноги.