Легенды нашего края. Золотая ловушка

Я один буду помнить об этом, и я один буду это знать.

– Вы можете мне доверять, – говорю расчувствовавшись.

– Тебя выбрал не я, а Маниту! – голос отражается от стен пещеры, как гудок парохода – ту-ту…

Несколько летучих мышей срываются с потолка и уносятся в темноту – колеблется пламя факелов в наших руках. Я вздрогнул от неожиданности и, чтобы прикрыть свой испуг, говорю:

– Я даже не знаю твоего имени, шаман.

– Меня зовут Сан Тен Сиван, Пепел Костра, но ты меня можешь звать просто Шаман.

Он шагает впереди и от неровного света его факела стены пещеры то сужаются, наступая на нас, то расширяются, давая пройти.

Шаман уверенно идет вперед, но я заметил в стенах пещеры черные ниши ответвлений – лабиринт!

Снова летучие мыши – висят, как сушеные фрукты. И нас не боятся – потолок слишком высок. Если подойти ближе, то видно, что они реагируют на нас, вертя головами.

Я иду за Сан Тен Сиваном практически след в след – звуки наших шагов с гулом отражаются от свода и стен пещеры.

Мы так долго шли по пещере, выбрасывая обгоревшие факела, то протискиваясь в теснинах, то пересекая большие гроты, что в душе возродилось чувство тревоги, возникшее у меня в самом начале – в тот самый миг, когда увидел шамана, одиноко сидящего на скале. Я, как и любой другой, побаиваюсь темноты и лабиринтов – уверенность мне придавал Сан Тен Сиван, в долголетии которого я вдруг начал сомневаться.

А может, он вообще демон во плоти – стал на моем пути, чтобы сказками о золоте заманить меня в подземелье?

А может, нет никакого шамана-демона – все происходящее со мной это простой психоз, целиком и полностью выдуманная параноидальная фантазия об индейских ритуалах крови и ужаса?

Иногда грамотным плохо быть – черте что в голову лезет.

Мы все шли и шли, и я был близок к мысли, что конца у этого пути нет.

В какой-то момент шаман пропал из поля моего зрения. И сразу же я почувствовал нарастающий звон барабанов в ушах, сменившийся лязгом гонгов. С потолка на плечи и голову вдруг закапала густая красная жидкость – кровь! Потом она вообще хлынула потоком. Я выронил факел – он потух. Мгновение темноты, и свет другого факела вернул в реальную жизнь.

Я лежал у скалы. Страшно болела голова – наверное, я ей сильно ударился.