Рассвет Тьмы

Обратил внимание, что на границе бокового зрения постоянно присутствуют малоподвижные разноцветные линии. Однажды, засыпая, я приоткрыл глаза и полностью увидел их. Это было похоже на новогодние гирлянды. Но как только я сосредоточился на них, они снова как бы стали прозрачными. Так в мой распорядок дня добавилось еще одно упражнение – для мозга. Глядя перед сном на странные разноцветные линии, образующие на стенах и потолке нечто вроде частой решетки, я думал, что это либо энергопровод, либо какая-то сторожевая сеть.

Я старался считать дни, делая незаметные царапины, отмечая одной царапиной пять дней. Примерно через два месяца тренировок я попытался встать на четвереньки, и мне удалось! Правда ненадолго, и я сразу опять лег, но ведь и первый полет братьев Райт и полетом-то назвать нельзя было. Вдобавок я сегодня рассмотрел несколько сторожевых энергетических веток, расположенных над моей кроваткой, словно ветки кустарника. Они меня манили, словно костер в тайге – заблудшего путника.

Я даже во сне видел, как дотрагиваюсь до них. Но путь к ним был очень долог. Лишь еще через три месяца я смог уверенно стоять на четвереньках.

Та-ак, теперь беремся руками за стеночку и меедленно поднимаемся, поднимаемся… О проклятье – сторожевая ветка выше, чем мне казалось. Все – на сегодня я выдохся. Внезапно от дверей раздался удивленный возглас. Оп-па, спалился. Глядя на пустое место охранницы, я раздраженно сел в кроватке. Интересно, что теперь будет? Другая охранница изумленно и неверяще смотрела на меня.

Я, конечно, выдохся, но подставлять девчонок не буду. Придется повторять на «бис».

Спустя примерно пять минут в ясли ворвалась мать и уставилась на меня. Что уставилась, ну сижу я – мужик я или нет? Так, ладно, зрители есть – один я рефлексирую. Перекатываюсь на четвереньки и по стеночке, по стеночке… Сзади раздался глухой стук, обернувшись, я обнаружил: без сознания – мать – одна штука, в полной прострации – охранницы – две штуки.

Вообще женщины были всегда моей ахиллесовой пятой. Поэтому я серьезно расстроился и даже подумывал зареветь.

Когда мамку откачали, она была в таком шоке, что по инерции начала кормить меня грудью. Ради такой награды не жалко всех трудов. Кстати, тогда я впервые увидел не что иное, как заклинание, которым приводили в себя мать. Я попытался запомнить, как его плела одна из охранниц. Пожалуй, это был самый счастливый день моей новой жизни.

4.