Магия любви

Мелькнули их вытянувшиеся физиономии, низенькие пригородные домики, и вот я уже над лесом. Да только, сгоряча сильновато я сдавил скороход, не долго так и в океан плюхнуться, выкарабкивайся потом оттуда. Разжал скороход, целясь в едва заметную просеку, врезался сходу в кустарник, перекатился и плашмя полетел в болото, слава тебе, господи наш, оказалось не глубоко, только шибко грязно. Поднимаю голову – тропинка, мимо которой я слегка промазал, и слышу сзади веселый женский смех. От обиды потемнело в глазах, обернулся, чтобы дать достойный отпор наглой девчонке, да так и замер, лежа в болотной жиже.

Там стояла она.

Одета она была скромно, не то в спортивный, не то в походный костюм, но вся как будто светилась ласковым манящим светом, чистым как…как те голубые кристаллы, что мы собирались достать из-под земли. Я не поэт, а нужен поэтический дар, чтобы описать нахлынувшие на меня чувства. Короче, я рассмеялся вместе с ней.

И тут из зарослей выпрыгнула гигантская кошка, раза в два больше взрослого тигра.

Выпрыгнула и замерла на мгновенье, выбирая себе жертву из нас двоих. Но моя реакция оказалась быстрее. Я активизировал универсальное защитное устройство, по нашему УЗУ, которое я обычно беру с собой, направляясь в незнакомые места. Кошка все-таки успела сделать прыжок и распласталась у ее ног.

– Ты что сделал?!

– Я вылез из болота и подошел.

– Но ведь она хотела схватить тебя!

– Он хотел защитить меня, а ты его убил!

– Я тоже хотел только защитить тебя.

Но тут я увидел ее глаза, и меня не стало.

Я смутно помню, что лепетал что-то в оправдание, мол, УЗУ это только парализатор, полежит и оклемается, а она, склонившись, ласково гладила огромного зверя как будто это был домашний котенок, потом взглянула на меня, лицо ее смягчилось, и мы снова рассмеялись.

Дальше все было очень просто. Опуская детали, скажу, что мы подружились. Фигурка ее была безупречной, лицо казалось мне безумно красивым, мнения совпадали с моими, а шутки не были банальными, в общем, я влюбился как последний пацан.

Ее звали Дана с ударением на первую букву «а». Я звал ее уменьшительно Даночка. Когда я назвал себя, имя Андрей Ракитин ее вовсе не смутило, видимо, Дана никогда не слышала обо мне, и ее простая реакция была особенно обворожительна, не то, что все знакомые мне женщины, которые просто пожирали меня глазами, узнав, что я Андрей Ракитин.

Была у Даны еще одна удивительная особенность. Дана была частью леса, или, лучше сказать, лес был частью ее.