У нас всё хорошо

А дед чего ругается?

– Да, мы…, – внучка посмотрела на дедушку и…, – Пап, понимаешь! В штабе должен быть стол, стулья, ручки, карандаши, бумага, машинка печатная, лампа, а для неё свет провести…

– Стоп! – Абрамыч стукнул себя ладонью по бедру. – «Ко-ко-ко» и «Ко-ко-ко»… скоро солнышко сядет, а батьке вашему ещё работать… в темноте будет всё восстанавливать?

Хозяин присел за стол:

– То, что они строительством занимались – не жалко. Хозяйственные, ёсики-колёсики. Так они ещё за линию фронта в разных направлениях выходили, у соседей, что не так лежало, собрали.

Я уже разнёс по местам… От чего отказались, вернул в ихней «штаб»… Ладно! Хватит вас томить, пошлите!

– А что на вас за одежда? Где вы это старьё нашли? – спросила детей Соня.

– Это форма партизанческая, – гордо сказал сын.

– А-а-а-а…

– Снимайте и возле будки положите. Тарзану на зиму подстелем в будку, – улыбнулась бабушка.

Абрамыч шёл впереди, ведя нас вглубь приусадебного участка. Так наискосок в правый угол.

Когда мы дошли до строения типа летний туалет, то смех сдержать уже не получилось. Смеялись так, что все собаки в округе начали лаять.

Строение нас встретило прибитой сверху фанеркой, на которой красной краской было написано «Штабик». Поверх досок были краской проведены белые и чёрные полосы. Справа пристроенный скелет из спиленных веток и дедовских брусков.

– Это, что?

– Коней привязывать, – пояснила Ксюша.

Слева к стенке закреплено старое велосипедное колесо без покрышки.

– А это…?

– Руль! – сказал Иван.

– Нет! Это штурвал. Мы же на земле партизаны. А на море – моряки, – перебила брата сестра.

– «Пираты»! – подправил дед. – Ой, затёк… не туда смотришь. Зри в корень, – Абрамыч открыл дверь туалета. – Смори, как ёсики-колёсики ровненько досточки нашили на пол… что, как говорится, ни щёлочки. Куда бабе с дедом бегать коней привязывать?

– Вот! – Ксюша показала на конструкцию.

– А стеночки по кругу… А? – не обращая внимание на внучку, продолжал хозяин.

 – Фанерочки, картоночки… и как ровненько, гладенько. О, какая отцу замена то растёт…

Там же был откидной столик, два стульчика-чурбачка, вешалка, полки, зеркало и лампа с абажуром.

– А лампа вам здесь зачем? Розетки же нет, – проговорил я… как видно зря.

– Вот за этим делом, Варлаам, дед их и споймал, да в плен взял, – проговорила тёща.

– Аглая Иннокентьевна, за каким делом? – у меня мурашки пробежались под лопатками.