Другая сторона. Камешек

И отвечать полагалось не: «С той», или «С южной», или «Справа», а: «Из Снежных Пустошей», «С Равнин» или «С Молочных Рек». Да, именно, Молочные Реки. Когда Алиса услышала это название в первый раз, то рассмеялась. Подумала, что Йолрик, как всегда, шутит. Оказалось, нет.

Сторона, куда привели их врата из мира Добродега, называлась именно так.

– Почему? – спросила Алиса.

– Увидишь, – ответил Йолрик.

В этот мир совсем недавно пришла весна. Снег почернел и местами стаял, зеленая травка лезла из-под него пучками.

Алиса несколько раз поскальзывалась и шлепалась в грязь. Если бы не кожаные штаны, которые подарила ей жена Добродега, ей пришлось бы остаток пути идти в мокрых брюках. А эти не промокали. Йолрик, конечно, легко перепрыгивал лужи, посмеиваясь над своими неуклюжими спутниками. Досталось и Галеду, он тоже пару раз упал.

Ночевали под заботливо сколоченным кем-то у дороги навесом, а утром снова двинулись в путь. Первую «молочную» реку Алиса увидела днем. Они подошли к крутому, почти отвесному глинистому берегу, и Алиса поняла, что вода в реке совершенно белая. Нет, льда на ней уже не было, редко-редко проплывет обломок льдины. Просто белая вода. Над рекой поднимался пар, создавая полную иллюзию кипяченого горячего молока. А там, где вода подмывала крутые берега, скопилось белесое полупрозрачное вещество, на вид кажущееся вязким.

– А это «молоко» можно пить? – спросила Алиса, с опаской глядя на далекую воду.

– Можно, но оно невкусное, – отозвался Йолрик. Он нашел тропинку и начал спускаться.

– Зато вон та штука, по краям, очень даже ничего, – сказал Галед. – Напоминает свежее тесто. А если его сварить, такая вкусная каша получается!

– Как ты еще можешь думать о еде после трех дней у Добродега? – ужаснулась Алиса. – Ты же там только и делал, что ел!

– Когда это было, – отмахнулся Галед.

Йолрик как-то объяснил Алисе, что аппетитом Галед пошел в отца. Орки не так зациклены на еде, как тролли, и съесть за раз обед на пятнадцать человек не могут. Но надо отдать Галеду должное, в дороге он себя ограничивал. Если никакого «подножного» корма или угощения не было, он довольствовался двойной порцией из общих припасов.

Когда спустились к воде, Йолрик разделся, сложил одежду стопкой, и Галед запихнул ее в мешок.