Чёрные вдовы

– Я хочу тебе сообщить, дорогая, что денег у меня больше нет.

– Ну и что ты мне предлагаешь? Идти в нищие и стоять у перекрёстка с протянутой рукой? А может, поступить в бордель мадам Шабане у Лувра? Я наверняка буду пользоваться спросом.

– Что ты, что ты, дорогая, говоришь? Я не смогу жить без тебя.

– Ну, если не можешь жить, застрахуй свою жизнь на моё имя и застрелись.

Прилуков испуганно тряс головой:

– Ну зачем же так? Я что-нибудь придумаю.

– Хоть думай, хоть не думай, ты уже ничего не найдёшь.

– Меня там сразу арестуют.

Тарновская пожала плечами:

– Так что ты предлагаешь?

– Я клянусь тебе, что обязательно застрахуюсь, а потом застрелюсь, как это сделал барон. Но для получения страхового полиса нужно оформить дополнительные документы, а я ведь живу по поддельному паспорту и не могу появиться в России.

– Ладно, что-нибудь придумаем.

В коридоре Доната остановила гувернантка:

– Господин адвокат, сейчас самое лучше для вас – это уйти из жизни, – уговаривала Элиза Перье, – если вас не станет, моя госпожа и ваша любимая женщина всю жизнь будет вспоминать о вас с самыми тёплыми чувствами.

Прилуков прекрасно знал Марию и её «тёплые чувства». Но что ему оставалось? Он уже стоял на краю. Буквально за год он превратился из преуспевающего, уверенного в себе адвоката в преступника, рабски преданного своей любовнице. Даже если он сможет преодолеть неутолимую страсть к Тарновской, перед ним всего два варианта: нищета за границей или тюрьма в России.

Недолго думала Тарновская о судьбе отработанного ею мужчины, решила, что в путешествиях такой образованный человек, адвокат, пока не помешает. Пусть будет слугой и секретарём, где ещё она найдёт такого преданного ей раба? Ссудила Прилукова деньгами и решила отправиться в Венецию, город-сказку, притягивающий туристов со всех концов света. Здесь было, на что посмотреть и где предаться шумному веселью. Город с богатой историей, с необычной архитектурой, каналами, мостами, гондольерами, город, по которому можно гулять вечно, открывая за каждым поворотом необычное здание, кофейню, а то и особый венецианский бордель.

К началу двадцатого века начали обживаться острова, где желает отдохнуть элита с большими средствами, где никто не сможет помешать развлекаться.

– Донат, – уже приказным тоном, которым она всё чаще разговаривала с адвокатом, обратилась Мария к Прилукову, – будем жить на острове Лидо-ди-Венеция.