Истинный Монах

Маркус же сел рядом неторопливо и ел сдержанно, злясь на то, что никак не может избавиться от чувства скованности. Чтобы перебороть себя, он решил завести с хозяйкой разговор.

Оставалось найти тему. На глаза попалась пробитая прямо над головой крыша, сквозь которую прекрасно было видно грозу. Капли дождя бились в месте пролома в невидимый барьер и стекали по его куполу на крышу. Сквозь эту дыру зал то и дело озарялся светом мелькавших в небе молний.

– Видимо, прежним хозяевам замка пришлось несладко, – сказал он, кивком указывая на крышу.

Сложив руки и положив на них подбородок, Сепатия сидела на другом конце не слишком длинного стола, беззастенчиво изучая своих гостей. Она дышала спокойно, ровно, пришедшие ни чуть не смущали ее, и, похоже, вызывали немалый интерес.

– Это я сама сделала. Люблю смотреть на небо. Жаль, нет того, с кем можно было бы это делать вместе.

Два друга снова переглянулись. Колдунья обладала не только незаурядными магическими, но и женскими чарами. Похоже, ей доставляло удовольствие производить впечатление.

Сепатия стала мягко поглаживать каплевидный, цвета смолы кулон, падавший на ее белую грудь. Теперь Маркус даже не пытался бороться с собой, он понял, что, как и кулон, полностью находится в обольстительных руках этой женщины, и потому, опустив взгляд, принялся молча, немного злясь на себя за слабость, доедать ужин.

Рольт же настолько вымотался, что его ничего не отвлекало. Он уплетал все, что видел, даже позабыв на время о хозяйке замка. Заклинания истощили до крайности его силы, а как пополнять их другим способом, кроме еды и сна, Рольт не знал.

Особенно вино развязывало ему язык и поднимало настроение.

– Тяжелый выдался день? – спросила, глядя на него, Сепатия.

– Чересчур, – с забитым ртом ответил молодой маг. – Вы знаете, что Совета больше нет?

– Знаю.

На секунду Рольт запнулся. Он не ожидал такого ответа. Еще раз всмотревшись в ее черные глаза, но, не сумев прочесть в них нужного ответа, он проглотил очередной кусок и задумчиво сказал:

– Слухи быстро распространяются даже в такие укромные места, как ваше.

Что же вы собираетесь делать теперь?

– Ничего, – улыбнулась колдунья, глотнув вина. – Моя жизнь никогда не зависела от Совета, и мне все равно, что затевают остальные маги.

– Мне бы ваше равнодушие. Жаль, что я по натуре своей не аскет. Не люблю уединения, не люблю монастыри. Ни за что бы не стал монахом.

– Вы это именно сегодня поняли?

И снова Рольт запнулся.