На грани. Книга 2. Часть 2

Несколько раз Глава и Влад собирались вместе, чтобы решить некоторые вопросы, в которые ни один из них меня не посвятил. Алекс лаконично сказал мне, что теперь к Владу приковано особое внимание. Он сильно рисковал, открываясь перед всеми, учитывая то, что мы знали, что в Академии есть предатель. Глава ответственно отнесся к решению парня и поспособствовал сгладить все острые углы. Не ради него, а ради того, чтобы не разжигать ту войну, из которой предыдущее поколение не вышло живым, потому что тогда встретились два самых сильных рода.

Но проблема была в том, что Алекс так и не знал, что именно Влад был одним из тех, кого он все это время искал, обвиняя в смерти матери…

Что касается Влада, то мы с ним почти не разговаривали после последней встречи. Иногда натыкаясь друг на друга в коридоре или в зале, мы молча расходились, не зная, о чем говорить.

Все свободное время я проводила или за парами, тренировками или с парнями. Дин понимал всю абсурдность и тяжесть ситуации, поэтому поддерживал как мог.

Тони нисколько не был удивлен, потому что он даже не слышал о моих родителях, а в сложившейся ситуации, о родителях Влада.

Я ощущала, как мир уходил из-под ног, когда Алекс смотрел на меня, посвящая скрытую улыбку. И каждый раз, когда он смотрел на меня, я помнила его слова, адресованные Владу. Я была благодарна Алексу за то, что он никогда не давил на меня. Он думал, что у меня шок после того, что Влад похитил и отравил меня, ведь Алекс не знал правды. Он, сам того не зная, высказал все, что чувствовал, и это сильно повлияло на меня.

Я ощущала ноющую рану, которая не могла исцелиться. Видела Алекса, обнимала его, а он – меня, и его прикосновения отдавались болью. Сам же парень был доволен тем, что мы с Владом больше не общались, он думал, что так он защищает меня.

Шли недели и ничего не менялось. На задания нас не выпускали, потому что стоял серьезный вопрос о доверии Клана к Владу. И на одной из пар, когда преподаватель обратился к нему, произнеся фамилию Хантер, он поправил его, а, точнее, с наглостью бросил:

– Моя настоящая фамилия де Клэр, и вам это прекрасно известно.

По аудитории прошёлся шепот, и преподаватель напряжённо ответил, максимально оставаясь спокойным:

– Да, разумеется.

Видимо, он был хорошо осведомлен о моих родителях, раз намеренно избегал упоминания их фамилии при всех. И это ужасно осложняло мою жизнь. По Академии ходило много слухов, и я не знала, чему из этого верить.