На грани. Книга 2. Часть 2

Ты знал?– спросила я, внимательно смотря на лицо любимого.

Мой вопрос, похоже, удивил Главу, и он спросил:

– С ним же все нормально? Когда его ранили?

– Да, все нормально, – ответила я.

Я посмотрела ему в глаза, что бы набраться решимости, и сам вопрос был для меня больным, потому что я не знала, чего ожидать. Шумно выдохнув, я спросила:

– Ты имеешь к этому отношение?

Парень отшатнулся от меня, словно мой вопрос оскорбил его. Алекс пристально смотрел на меня, не отводил взгляда и твердо ответил:

– Нет.

Он выглядел непоколебимым, ни единая эмоция не дрогнула на его лице, не промелькнули ни осознание, ни страх, ни опасения. Он не врал. Я смотрела на него, и теперь мне было стыдно за то, что смогла предположить худшее. Через минуту полной тишины Алекс разочарованно спросил:

– Его родители нажили немало врагов. Видимо, прилюдно заявив о себе, парень лишь поставил мишень. Но он не является моей целью. Очень жаль, что ты смогла допустить такую мысль.

Я думал, что мы доверяем друг другу, и я бы ожидал такого вопроса от Лины, но почему ты, Ники? Как ты могла подумать, что я мог стоять за этим? Ранить того, за кого я в ответе, он же часть моего Клана, один из моих людей, как и любой студент Академии.

– Прости, я должна была убедиться. Но я не знаю, на что ты способен. Что, если ты решил отомстить за то, что он похитил меня? Я знаю, что все слишком сложно.

Он обнял меня, мы прошли на диван, и парень сказал:

– Если бы я хотел его убить, то сделал бы это еще тогда, когда он посмел причинить тебе вред.

– Его ранили, когда нас не было в Академии.

– И почему ты сразу решила, что это я?

– Я не знаю. Мне стыдно за это,– ноты раскаяния прозвучали в моем голосе.

Алекс нежно прикоснулся к моей руке и тихо произнес:

– Он сказал всем правду, а у его родителей было много врагов. Видимо кто-то захотел закончить начатое.

– И что это значит? Что ему не безопасно здесь?

Парень посмотрел в сторону, и, признавая очевидное, ответил:

–Как бы то ни было, он часть Клана, поэтому здесь он в безопасности.

Здесь его никто не тронет, я не допущу этого. Обещаю.

– А как же Лина?– спросила я.

Парень рукой впился в диван и сказал:

– Она дала ясно понять, что не хочет, чтобы я вмешивался.

Почувствовав, что Глава напряжен, и, похоже, бессилен перед гневом сестры, я сказала:

– Я поговорю с ней. Она должна меня послушать.