Блюдце секретов

У Люськи толстая жопа,

О как я хочу

Вкусить её булки и попить её молочка,

полизать её письку,

Но я не могу, потому что я полное чмо.

Класс заполнился безудержным хохотом.

Я не подал вида, хотя мне было очень обидно и злость переполняла меня.

Я умел контролировать свои эмоции и не бросался с кулаками, когда этого не требовала ситуация.

– Слышь, чмо, нам такие, как ты, не нужны в классе. Проваливай нахуй, – докопался хулиган.

– И не подумаю, тетрадь отдай.

– Отсоси, тогда получишь назад.

– Поцелуй себя в жопу. Я недавно видел, как ты гулял с Танькой, как вы в обнимку зашли на стройку. У меня на телефоне есть фото того, чем вы там занимаетесь. Я могу пойти с ними к её родителям, они будут очень рады. А как потом наш классный руководитель обрадуется, а директор-то как рад будет.

– Пиздишь!

– Проверим?

Я блефовал, эта история пришла ко мне в голову только что. После школы меня, скорее всего, встретят и «расскажут», что нехорошо следить за одноклассниками.

– Забирай свою вонючую тетрадь, можешь ей жопу подтереть.

И так проходил практически каждый день. Иногда, когда старожилам хотелось показать силу, они били других учеников. Нас избивали за что угодно: не куришь и поэтому не можешь угостить сигаретой – получи в ухо, не дал денег на обед – с ноги в живот, нет второй обуви – готовься весь день получать пинки.

Никогда не забуду встречу с одним из учеников из параллельного класса, над кем тоже издевались.

Он шёл по коридору с опущенной головой, стараясь держаться стены и ни с кем не встречаться взглядом. Его тело было сжато, словно в ожидании удара. Самым паршивым было то, что никто не хотел ему помочь. Все понимали на каком-то инстинктивном уровне, что если с ним свяжешься, то тебя заклеймят и замучают до такого же состояния. Я всё же попытался с ним поговорить, совесть не позволяла просто пройти, она словно пресс давила на меня и, как древняя китайская пытка, капала и капала куда-то в темечко.

Эта встреча оставила на душе горький и холодный осадок, словно в голове кто-то нашёптывает:

«И ты таким же станешь, ты сломаешься. Какая разница, сколько раз ты допустишь, чтобы тебе разбили нос во время драки за твою тетрадку. Смирись, выбрось её, меньше будет поводов докопаться до тебя. Ты всё равно не напишешь ничего хорошего.