Змеиные рисунки

Только пламя в камине продолжало весёлый танец, отбрасывая алые, словно кровь, отблески на лица гостей и морщинистое лицо старика. Он единственный не отвёл взгляд.

***

Девочка поняла, что ещё секунда – и разрыдается, а этот вредный огонь украдёт её слёзы вместе с жизнями друзей.

– Но… ведь с ними всё будет хорошо? – спросила она.

– Это знает лишь Павший Луч. Он поддерживает существование всех миров и жизнь существ, – прошептал Ксано и начал медленно таять, превращаясь в таленга: руки побледнели и вытягивались, глаза засияли, напоминая причудливые фиолетовые факелы.

– Если Лучик знает, он не может быть злым, – решила Миа. – Поэтому должен помочь, иначе нет никакого толка от знания. Знание должно быть добрым… а если оно злое – это злобознание уже. Так не интересно.

– Возможно, – клерик вздохнул, из его рта высыпались алые искры, улетая в ночь светлячками. Он с грустью посмотрел на девочку. – Луч решает сам и не зависит от чьей-то воли. Но ты сможешь подружиться с его частью, его отблеском, светлой мыслью, если поймаешь надежду и вернёшь её в души друзей…

Ксано вытянулся, глазищи вспыхнули ярким, ослепительным фиолетовым цветом таленгов, затем он рассыпался десятками живых огней.

– Ой! Мамочка! – только смогла крикнуть Миа. – Прошу тебя, не исчезай! Мне страшно здесь одной!

Огоньки таяли. Чёрные небеса озарились ослепительным светом, от него слёзы на глазах девочки моментально высохли.

От бледнеющего Луча отделилась алая молния причудливой формы и, подмигнув Миа, будто Кыш-проказник, стрелой понеслась в мрачную даль, где возникали фантомы невероятных существ.

– Куда? Там ведь жуть как опасно! – от одной мысли о том, что с ней может случиться в глубине этого ужасающего Царства Теней, сердце девочки забилось как испуганная птица.

Миа сжала кулачки и, собрав последние остатки храбрости, побежала за стрелой, освещающей путь впереди.

Рядом взвыло какое-то существо, явно потревоженное ярким светом. Девочке показалось, что её сердце разорвётся от этого дикого, безумного рёва, поэтому она помчалась ещё быстрее, заставив себя не оглядываться.

***

Тем временем деревья перед трактиром опутывала причудливая сеть, напоминая странный живой рисунок. Если бы рядом оказался Лаэрт или другой мерцающий, он, возможно, догадался, что произойдёт дальше, но твинклера не было поблизости.

Узоры зашевелились, словно сияющие змеи, и начали вытягиваться, опутывая пространство. Ночь съёжилась от яркой вспышки.