Мерцающий в тени

Вдалеке виднелся лес, а над ним зловеще поблёскивало странное зеленоватое марево – если бы цвет хоть отдалённо напоминал красный, можно было подумать на пожар. Кто же мог сделать такое?

Если об этом узнают друиды, бессменные хранители лесного покоя, то чудак, вздумавший поиграться с Силой в самом сердце царства зелёных великанов, протянет недолго.

Едва ли тупоголовые стражники сумели применить кое-что из алхимического арсенала карликов. Значит, по следу идёт один из Охотников.

До сих пор Мерцающие не встречались с этими тёмными сущностями.

Маорт собирался совершить ещё один прыжок в пространстве. Надо оказаться поближе к сожжённой деревне, которую защищал его ученик, и как следует осмотреть место. Возможно, убийцы оставили следы. Но в глубине души твинклер надеялся найти выживших: кое-кто мог убежать в лес и протянуть там несколько дней.

Кровожадность, с какой Охотник уничтожал редчайшие деревья друидов, заставила изменить планы.

Одно дело мечтать о встрече с имперскими выродками лицом к лицу, и совсем другое – знать, что один из них идёт по твоему следу, выжигая на пути вековой лес, на что не решались даже варвары!

– Нужно спешить, – сказал он зверьку.

 – Мы совсем недалеко от цели, но я не могу оставить всё так. Ты понимаешь, дружок?

Бельчонок с интересом выслушал его, затем запрыгнул на плечо. Путники отправились по тропинке. Отсюда было не так далеко до Холма Древних. Чутьё подсказывало мерцающему: отряд Охотника мог остановиться там, ведь многие до сих пор верили в легенду, что рядом находится вход в сокровищницу.

Наивные глупцы. Они даже не предполагали, что любые сокровища людей не стоят и сотой доли того, что на самом деле хранит Спящий Холм.

Лес провожал их тревожными голосами зверей и птиц. Зелёное пламя за спиной твинклера вспыхнуло, словно хотело отправиться в погоню.

Лес ждал это сражение как никогда. Нимфы выглядывали из-за деревьев, переговаривались и делали ставки.

***

Девочка осторожно огляделась, но не увидела ничего кроме веточек, которые переплетались в необычные узоры.

Шорох, разбудивший её, повторился, на этот раз гораздо настойчивее.

– Эй, – прошептала она. – Кто здесь? Мне… становится страшно. Одной. Здесь.

– Десь! Десь! Десь! Ра-ба-башненько! – пискнуло откуда-то сверху.

– Ой, – она подняла голову и заметила Кыша, тот отчаянно цеплялся коготками за веточки, пытаясь спуститься. Его большущие ушки развевались, словно крылышки ночной бабочки.