Чижовское кладбище

И это притягивало напряженные взгляды студентов. Даже тех студентов, которые давно считали себя атеистами, реалистами, скептиками.

Глава 4

Леха и Эд все дальше заходили вглубь старого Чижовского кладбища. Их встречала прохлада, тишина, полумрак. И только шелест курток идущих людей прерывал это глубокое молчание.

Чем дальше шли молодые мужчины, тем бредовее им казалось то, что они видели совсем недавно.

Отходя от шока, каждый из них испытывал чувство стыда за те слабости, которые были проявлены минут двадцать назад.

Именно так устроена наша психика. Мы всегда стараемся забыть нечто плохое и шокирующее, не говоря о том, чтобы делать из этого уроки и выводы. Мы просто представляем, что это случилось не с нами и наступаем на «те же грабли» в десятый и сотый раз.

Хотя, одного стыда в такой ситуации было мало. Оба парня чувствовали, что нелепость всей ситуации необходимо было «чем-то заесть», чтобы перебить не хорошее послевкусие.

Леха шел, смотря под ноги на тропинку, усеянную мелким валежником.

Но в это время, заговорил Эдуард:

– Тебе не кажется, что кладбище слишком большое? – Как можно более спокойно заявил он.

– Нет. Не знаю.… Я не знаю, какими должны быть вообще кладбища.

– А ты из машины не видел, какое оно? Оно таким и было? Большим, в смысле.

– Ну, это ты у нас любитель рассматривать кладбища, так что тебе видней, – на лице Лехи выразилась гримаса сарказма.

– В том то и дело, что я любитель….

– Господи, Эд! – Воскликнул Леха. – Да хватит загонять всякий бред. Ты еще скажи, что кладбище растянулось, как резинка от трусов! Это может быть что угодно! Например, оптический обман зрения. Вот дома тоже издалека кажутся маленькими, а когда подходишь, то черта с два.

– Дома – не кладбища, Леха.

– Да хватит уже про твои кладбища! – Воскликнул мужчина и остановился.

Эд посмотрел по сторонам, скользнув глазами по остроконечным, ободранным обелискам, между которыми росла крапива. Почему-то он испытывал явную неловкость.

– Давай, – Неожиданно быстро согласился Эд.

Леха снова пошел вперед, понимая, что дальнейший бунт бессмысленный.

– Как твоя работа? – Спросил он, обращаясь к Эду.

– Ну, это больше называется бизнесом, чем работой. Потихоньку.