Улыбка Стикса

Кто будет следующим? Я или ты? Кто кого ночью загрызет? – и она вновь зарыдала.

– Ага, тебя загрызешь! Вон как ему рожу разодрала. Чисто пантера. Ты хотя бы ногти не сломала? – Гриша попытался шуткой сбить надвигающуюся на девушку истерику.

Анна машинально посмотрела на свои пальцы: – Нет, не сломала. На месте все.

– Ну и хорошо. Значит, если что, от меня отобьешься. Давай собираться, а то уже светло на улице. Пора дальше что-то придумывать, – он поднялся, снял с трупа полицейского его пистолет и пошел в угол, забирать свои вещи.

– Нет. Ни разу не пробовала.

– Ладненько, разберемся. Плохо, что с едой плохо, – Гриша улыбнулся такому обороту слов. – Если б с едой было хорошо, то было б хорошо. Но столовую нашу пока прикрыли. Что-то там санстанция нашла. Ну, или денег хотят поиметь, или цемента для дачи руководству надо. Короче, тут еды нет.

– И я с собой в дорогу не брала. Поезд у меня ночной, а утром уже на месте завтракала бы.

– Пошли на улицу.

Проблема с крановщицей разрешилась сама собой, пока они спали. Некогда очень красивая, с большим и упругим бюстом, но крепкой и ударной, если надо, рукой, Маша Орлова, лежала на рельсах у основания крана. Ее голова, в синей косынке, раскололась от удара о бетонную шпалу.

– Нет Машки, нет проблемы. Аня, ты тут постой, а я быстро наверх поднимусь осмотреться.

– Боюсь, – заявила Анна. – Вдруг, еще такие придут, – она не сводила глаз с переломанного тела крановщицы.

– Ну, тогда полезли со мной.

– Боюсь. Высоты я боюсь.

– Дорогая ты моя, – взвыл Григорий. – Давай избавляться от каких-то там надуманных страхов. Нам выживать теперь надо. Боишься тут оставаться – давай на пять-шесть ступенек поднимайся за мной и там жди. И ни съест тебя никто, и высота небольшая.

Повернувшись от нее, Григорий начал быстрый подъем наверх, изредка цепляясь висевшим за спиной автоматом за страховочную арматуру лестницы, чем оглашал утреннюю тишину металлическим лязгом.

Раньше кран был небольшой, стрела на уровне третьего этажа, но потом, когда комбинат решили расширять и строить еще один корпус, его нарастили до двадцати метров, а также удлинили его рельсы, что б он мог участвовать и в разгрузке вагонов, и перемещаться на строительство нового корпуса.

Федоров не раз бывал наверху, но сегодня перед ним открылся необычный новый мир.